facebook

«Мы просто заполняем вакуум», – Александр Глущенко о работе в телекоме и создании уникальных медиапродуктов

Он создал «Телеком-кружок», сайт «PROTV» и YouTube-канал «Переговорка». Фанатеет от телеком-отрасли, спутниковых антенн и героев своей авторской передачи. Увлекается смарт-туризмом, обожает жену-психолога и активно участвует в общественной жизни страны. Себя скромно называет «криэйтером» и не устает придумывать что-то новое и интересное для украинского телеком-сообщества. В очередной серии текстового сериала «Человек и телеком» говорим с Александром Глущенко.

Детство по маршруту «Ирпень-Киев-Черкасская область» 

Все детские воспоминания в силу возраста у меня уже фрагментарные: обрывки фраз, действий, поездок. Себя помню с трех лет, и с этого момента воспоминаний становится все больше и больше. Все они крутятся по маршруту «Киев-Ирпень-Киев-село в Черкасской области», где я по чуть-чуть жил.

Хорошо помню три детских садика: два в Ирпене, третий в селе Майданецкое Черкасской области, куда родители с братом нас сослали после Чернобыльской катастрофы. Последний, третий по счету детский сад в Ирпене, находился возле железной дороги, и все мы мечтали сесть когда-то на товарняк и уехать путешествовать по необъятным просторам родины. Два ребенка когда-то так и сделали. Для всех взрослых это большим ЧП было, а мы им честно и по-детски завидовали.

В 88-м году был мой последний год в детском саду. Помню выпускной и как вся малышня ходила с умным видом и размышляла: кто же куда пойдет учиться. Я точно был уверен, что меня отправят во вторую школу. Так и случилось. Перед первым классом нас с братом отправили на первую половину лета в село Майданецкое в Черкасской области. Оно примечательно тем, что на его окраине в 1981 году археологи обнаружили поселение раннего этапа Трипольской культуры V тысячелетия до нашей эры. Поселение насчитывало под 3 тысячи зданий и до 10 тысяч жителей, что делало его одним из самых больших энеолитических поселений Европы того времени.

На вторую же половину лета родители отправили нас в санаторий в Евпаторию (Крым).

Наша группа был сборной солянкой со всего Советского Союза и дружественных стран. От Пакисатана и Афганистана до Владивостока с Якутском. Все ребята на русском говорили, или пытались, а мы с братом – на украинском. Так вот, воспитатель ругала нас за это. Мол, ты плохой, потому что не такой, как все, не разговариваешь на литературном русском. Пришлось ломать себя и переучиваться. Поэтому, с детства не люблю все, что связано с советской идеологией.

Школа с «элитным» уклоном

Первые два класса я учился в Ирпене, а потом мы переехали в Киев. Новая школа находилась возле дома – это была школа-интернат восточных языков. Уроки начинались в 8:30, и только в 19:00 нас отпускали домой. Среди предметов – ежедневно китайский язык, из экзотических – народоведение стран Востока.

Базис давали хороший и каждую четверть твердили: будет три балла хоть по одному из предметов – мы тебя выгоним. Все были либо отличники, либо хорошисты. А так как учиться в киевской школе №40 не хотелось, ведь она в 1993 году по криминалитету была на первом месте в городе, то приходилось быть прилежным хорошистом.

Я даже ездил на олимпиады по истории и географии. В Ленинградском (теперь Святошинском) районе Киева занял первое место в 8 классе. Тогда мне дали грамоту и премию в размере 200 тысяч купонов (при курсе 150 тысяч купонов за доллар). На эти деньги я приобрел первую в своей жизни аудиокассету для магнитофона и два аналога чупа-чупса – себе и брату.

Но самая главная особенность этой школы заключалась в том, что там, в основном, учились дети не самых простых родителей. В отличие от наших с братом.

В нашей школе в 1990-х годах было все, что можно придумать в индустрии развлечений: роботы, машинки на радиоуправлении… Тетрис в Украине появился в 1993 году, у нас – за год до этого. В сторону «Геймбоя» с цветным экраном никто даже не смотрел, примитивщина. Пока большинство ребят столицы мечтали о восьмибитной «Денди», у нас по классу уже «гуляли» такие игровые приставки как «Сега Мега Драйв» или «Нинтендо» на 16 бит и с картриджами по 50 долларов за штуку. Разные «рибоки-адидасы» были в норме вещей. Рассказы о поездках на каникулы в Европу и южные страны тоже присутствовали.

Кроссовки за 100 баксов в нашей школе – обычное дело. А у моих родителей зарплата была в размере 6 долларов. У меня не было ничего, чем бы я мог удивить одноклассников, кроме мозгов.

«Ирпенский Гарвард»

Школу я не люблю, а к университету хорошее отношение. Мне отец когда-то сказал, что именно одногруппники – это тот фундамент людей, с которыми ты будешь общаться всю свою дальнейшую жизнь. Потому что вы вместе выросли и сформировались как личности, вы были никем и общались друг с другом исходя исключительно из человеческих качеств. Так и получилось. Одногруппники мне как родственники и с большинством из них я поддерживаю отношения: общаемся, встречаемся, не забываем друг друга. Они – часть моей жизни и моего становления.

В «Ирпенский Гарвард» (Университет государственной фискальной службы Украины, — прим.ред.) я попал после 9-го класса. Такая хитрость была – за один год удалось закончить 10 и 11 классы, получить школьный аттестат и дальше после сдачи экзаменов перевестись в институт. Учился одновременно на двух факультетах: финансы на стационаре и юрфак – заочно.

Право, как школьный предмет, мне нравилось. Но эта тяга к юриспруденции была напрочь убита математикой, которую финансисты изучали на первом курсе. Зато понял, как там меняют мышление людей в зависимости от направления: финансисты сразу видят цифры, а юристы пытаются найти какие-то взаимоотношения.

Никто не спрашивал, куда ты хочешь поступить. Родителям казалось, что, наверное, юрист и финансист – это перспективно. А я до сих пор не знаю, кем хочу быть. Как говорится, первые 40 лет действительно оказались самыми сложными в жизни мальчика. Не думаю, что это плохо – зато во мне всегда есть тяга ко всему новому и модерновому.

Студенчество для меня – это пора становления личности. Я пришел со школы, где общался только с одноклассниками. В институте пришлось из застенчивого скромного мальчика, которым я был на 1-м курсе, к 4-5-му становиться коммуникабельным и общительным – ломать себя и трансформироваться.

«Какой из меня экономист?»

Свои первые деньги я заработал еще в школе, на территории которой находился кооператив – там делали картонные упаковки для лекарств. Раз в неделю в рамках уроков труда нас загоняли туда всем классом, и мы подрабатывали. Через время получали «зарплату» – это были копейки, которых хватало на пару пирожков. Но это были деньги, которые я впервые в жизни заработал своими руками.

Лето 2000 года я провел на крышах Броваров и Киева. Вместе с братом и однокурсником Сергеем мы крыли крыши мастикой. Тогда я себе клятвенно пообещал, что руками работаю последний раз в своей жизни. Такие деньги мне не нужны.

На свою первую официальную работу я отправился в июле 2001 года. Помню, что во многих объявлениях о трудоустройстве писали: выпускников «Ирпенского Гарварда» и университета культуры на работу не берем.

Первая запись в трудовой книжке – завод «Укркабель». Сначала я был экономистом, потом перевелся в юристы. Потому что – какой из меня экономист?

На работу приезжал в 8 утра. Надо было ехать на Лукьяновку со Святошино – там пересадка на Золотых воротах, потом еще две остановки на троллейбусе – совсем неудобно было. Приезжал, сидел на одном месте, считал кабельную продукцию: сначала на бумаге с калькулятором, потом все вбивалось в программу на допотопном ПК – скукотища. Не о таком я мечтал. Дальше перевёлся в юротдел, один раз даже на суд съездил. Первая зарплата – 300 гривен, что составляло около 60 долларов. Очень скромные деньги для 2001 года. Хватало на какие-то недорогие развлечения и проезд.

Как-то осенью 2001 года поехал на киевский радиобазар. Смотрю: спутниковая антенна, конвертер, тюнер с пиратской картой на «НТВ ПЛЮС». Стоимость – 360 долларов. Стою и думаю: «Так, если я каждый месяц буду откладывать половину зарплаты – то мне нужно 12 месяцев, условно говоря, голодать для того, чтобы я заработал на вот эту антенну». Так обидно за себя стало, и я решил дальше как-то крутиться и размышлять – где заработать достойные деньги, чтобы осуществлять свои желания.

Спустя год меня отправили в командировку в Золотоношу. Там кормили, обеспечили жильем и платили двойную зарплату, а за «успешные успехи» поощряли премией. Не жизнь, а санаторий для 21-летнего начинающего работника. В конце концов, я получил первые достойные деньги на руки. Приобрел все, что хотел. Первым делом по возвращению в Киев мне установили две спутниковые антенны: одну на 36-й градус, а вторую – на Hot Bird (13 гр.в.д.). Сигнал принимался на цифровой приемник HUMAX VА-5300. Через несколько недель доставили третью антенну на Sirius (сейчас Astra) в позиции 4,8 гр.в.д., через месяц – на Amos (4 гр.з.д.).

Сидел два дня, пересматривал разные каналы, формировал список. Если раньше я эти логотипы видел только в журнале «Телеспутник», то теперь это все счастье в цифровом формате было у меня дома. И от этого процесса я получал массу удовольствия.

Воля и Техэкспо

В 2003 году я уволился с должности юриста и понял, что в жизни необходимо что-то менять. А раз тянет к ТВ – необходимо «копать» в этом направлении. На сайтах по трудоустройству из всех предложений в этой категории были только вакансии компании «Воля». Ну, воля так воля.
На собеседование в компанию на Троещину я приехал, как на праздник: нарядный, в красивом костюме. Оказалось, что я один там такой предусмотрительный – остальные были одеты во что попало.

На то время «Воля» была компанией с американскими инвестициями. Набирали людей в Call-центр – там человек 30 собралось. Сначала долго рассказывали о своих идеях и требованиях, американских стандартах работы и оценке качества, затем предложили сыграть: я (как единственный претендент в костюме) исполнял роль клиента, а одна из девушек была сотрудницей. И я немножко загрузил ее вопросами.

Меня потом в сторонку отозвали, спрашивают: «Откуда ты такой умный взялся?». Я говорю: «Ну, какой есть, от мамы с папой». «У тебя кто-то на «Воле» работает?». Отвечаю: «Нет, я даже не абонент! Так просто получилось, что я в теме». После этого всех на второй и третий тур отбора отправили, а я через неделю уже на работу вышел.

Это был Call-центр по продаже новых услуг – широкополосного интернета, цифрового телевидения. Все это пользовалось бешенным спросом – исходящих звонков вообще не было, еле успевали на входящие отвечать. На подключение стояла очередь. Изначально я хотел в отдел маркетинга. Мне казалось, что маркетинг – это мое, там интересней, зарплата больше, да и Печерск ближе, чем Троещина. Но вакансий в том отделе не было.

Я работал три дня через три, с 8 до 22:00. И вот ты сидишь – а у тебя целый день безлимитный интернет. Именно в то время я кучу всего пересмотрел, перечитал, параллельно создавал и наполнял свой сайт.

Через полгода работы на «Воле» меня «захантила» компания «Техэкспо», где я год «отпахал», делая выставку «ЕЕВС – Eastern Europe Broadband Convention». Мне работа очень нравилась – изучение рынка, общение с людьми. Помню, в 2004 году нас с коллегой отправили на выставку «СвязьЭкспоКом» в Москву на Красную Пресню. А там что-то под тысячу экспонентов, штук 5 павильонов. Мы работали без завтрака-обеда-ужина, общались и приглашали участников к сотрудничеству. Домой привезли, наверное, визиток по 200 каждый.

«ProTV», «Mediasat» и «Телеком-кружок»

В какой-то момент жизни я выпал из рынка ТВ и телекома, но занимался сайтом и форумом, писал новости.

Никогда не был журналистом, не желаю им быть, не буду в будущем и не хочу, чтобы меня так называли. Журналист – это, наверное, профессия. Но я точно не журналист. Просто существовал некий вакуум, который я ощущал. Мне не хватало информации определенного типа, а если чего-то нет, то либо ты ждешь, когда кто-то заполнит вакуум, либо заполняешь его сам.

Предшественник сайта «ProTV» появился в 2003 году абсолютно случайно – где я, а где HTML? Мой товарищ Андрей Ищенко, создатель портала Sat-Digest, познакомил меня с харьковским энтузиастом Виталием Солодовником, который за год до этого занялся созданием сайта, посвященного частотам эфирных и FM-каналов по городам.

Раньше толком не было никакой информации – я жил в Киеве и не знал, какие телеканалы работают в Харькове. Мы с Виталием начали переписываться, я поделился с ним данными по столице. Позже нашли еще одного партнера, который предоставил нам домен. Именно на нем мы разместили свой сайт.

Однажды журнал «Телерадиокурьер» прислал нам претензию: мол, вы сослались на наш каталог, нарушив авторские права. Чтобы разобраться в сложившейся ситуации, я приехал к руководителю Василию Ивановичу Яцуре. И вот во время разговора он меня вдруг спрашивает: «Почему я должен на твой сайт заходить каждый день? Конкурсы, частоты – ресурс, который заканчивается. Сделай так, чтобы к вам хотелось каждый день заходить». Я думал-думал и понял: нам нужны новости.

Позже добавили форум, появилось активное общение. Многие люди нам помогали: кто-то движок сделал, кто-то логотип нарисовал. Создали эффективное комьюнити, где не зазорно было о помощи попросить.

В 2008 году у нас хотели купить сайт (tv.net.ua, — прим.ред.). Но партнер, который владел доменом, попросил 50 процентов. А нас же три человека. Я предложил поделить на три равных части по справедливости – тот ответил, что его не волнует, он хочет свои 50%. Конечно, он также вкладывал ресурсы в сайт и за хостинг он платил, но именно мы с Виталием сделали имя и создали смысл тогдашнего проекта. Во время переговоров стало понятно, что с этим человеком нельзя вести дела. И что деньги для меня не так важны, как честные партнерские и человеческие отношения. От продажи мы отказались, оставили экс-партнеру всю базу новостей. Сами же купили новый домен, зарегистрировали торговую марку «PROTV», перенесли сайт, форум и на этом распрощались.

Первый автомобиль я купил именно с заработков на сайте. Делали рекламу, но и «пахать» пришлось нормально.

Какое-то время параллельно помогали развиваться тематическому журналу из Крыма – но владелец наших стараний не оценил. Мы решили, что достаточно потренировались и можно делать свой собственный ресурс. Так появился журнал «Mediasat».

Где я и где писать? Где я и где интервью? Где я, а где обзоры техники? Поначалу было сложно, приходилось многому учиться на практике, в полевых условиях.

Поначалу, я четко понимал, что не готов делать полноценные интервью самостоятельно и вживую. Сначала все происходило в «бумажном» формате – договаривался с компанией, присылал им вопросы, а они писали ответы. Если нужно – потом что-то уточнял и корректировал. Позже купил себе диктофон и записал первое настоящее интервью. Героиней стала Анна Пак – сейчас она работает в Discovery в Юго-Восточной Азии, а на тот момент представляла канал Euronews. Мы пообщались, и я осознал – я умею делать интервью. Вживую – это совсем несложно.

Самое сложное в интервью – написать вопросы. В моей личной Вселенной следующий вопрос всегда исходит из ответа на предыдущий. Все они должны быть четко структурированы, чтобы последовательно раскрыть тему. И их очень сложно написать – потому что необходимо массу информации перелопатить и потом правильно их задать, чтобы ни один вопрос не был вырван из контекста.

«Телеком-кружок» появился тоже спонтанно. Вопрос о создании такого сообщества просто закрутился в переписке с Александром Павловичем Федиенко 1 марта 2015 года, и сообщество появилось в тот же день.

Зарегистрировал группу, поставил первое название, которое крутилось в голове и которое в дальнейшем очень неплохо прижилось. Это такое отраслевое сообщество, где участники обсуждают новости, события, маркетинг, демпинг, технологии, законодательство. Случайных «пассажиров» здесь нет, потому что перед вступлением в группу нужно пройти определенный опрос.

У нас есть премодерация, отсутствуют спам и реклама. Для рекламы создана еще одна отдельная страница «Телеком-базар».

«Телеком-кружок» – это место, где рынок может обсудить свои проблемы и боли с единомышленниками за закрытой дверью.

«Переговорка» на YouTube

«Переговорка» появилась в ходе эволюции. В декабре 2020 года я пообещал отрасли сделать несколько интервью и поймал себя на мысли, что трачу на это очень много времени. Людям, которые не создают контент, кажется, что все это быстро делается. На самом деле, необходимо очень много сил и ресурсов для создания готового продукта. Это время на написание вопросов, общение с человеком, транскрибацию, вычитку и корректировку. Гость не может быть косноречивым, он красноречив. Поэтому многие вещи приходилось переписывать, искать дополнительную информацию.

Срок жизни новости в мире информационного шума очень короткий. Ты потратил много времени и сил, а потом смотришь – только несколько тысяч человек твой материал прочитали.

Понятно, что тексты отраслевые и не интересны масс-маркету. Эти результаты не очень удовлетворяли. А так как все интервью, в основном, были записаны через Zoom, я понял: нужно делать видео.

В «Переговорке» с каждым гостем общаемся о его жизненном пути. Все видят результат, но о том, как человек пришел к этому – мало кто знает. Был ли план или это стечение обстоятельств, с какими неудачами столкнулся герой.

«Переговорка» – программа не про деньги, а про успех и самодостаточность. Человек, который объездил все страны мира – он сделал результат и не заработал, а наоборот потратился – точно наш герой. Или спортсмен, например: да, он обогатился, но и здоровье свое положил. Или пилот самого большого самолета в мире «Мрия» – это эксклюзивный спикер.

Я постоянно учусь. Практически все этапы отрабатываю лично. Особенность «Переговорки» – здесь нет хайпа и треша. У нас дружеская атмосфера на съемках. Я считаю, что ярлыки на нас и так повесят. У меня одна цель, чтобы гость рассказал о себе и своем пути от первого лица. Как именно это было, а не как кому-то показалось. На наши интервью Википедия может ссылаться.

Мы не стараемся кого-то загнать в угол и распять, а формируем свою собственную библиотеку известных и успешных украинцев.

Интервью получаются очень большие, но во время редактуры и монтажа часть материалов удаляется – брак по звуку, свету. Отрезаем все, что безэмоционально. Как правило, под съемку бронируем 4 часа с расчетом на то, что в итоге выдадим финальное двухчасовое видео на YouTube. Во время съемки постоянно, кстати, делаем паузы – невозможно три часа просидеть на месте и не устать. Чай, кофе, перекуры. Плюс есть технические паузы – слить записи с карт памяти. За это время человек встряхивается, разминается и дальше садится, включает новый заряд энергии.

За комментариями слежу и к хейтерам отношусь по-философски. Я готов слушать и слышать критику, если эта критика подкреплена чем-то – например, конструктивом или практикой. Меня всегда учили: критикуешь – предлагай. А мнение «диванных онолитегов» – прекрасно для массовости.

Гуглу – фиолетово, что вы там пишете. Он контекст не читает. Для него важна статистика: лайк, дизлайк, комментарий. Алгоритмы YouTube видят в этих реакциях эмоцию. Чем их больше, тем для машинного интеллекта больше триггерных точек. Тогда он понимает, что там что-то интересное и это видео надо ранжировать. Можете в комментариях оставить просто смайлики – это только во благо. Кстати, я всегда говорю всем, кто мне лично пишет или звонит поблагодарить за интервью – пишите в комментариях, благодарите там. Мне приятно, но для продвижения пользы больше будет через комментарии.

У меня нет времени читать книги, которые мне нравится в тех объемах, в которых хотелось бы – но вот каждое интервью мне это заменяет. Я получаю опыт в общении, коммуникации, выстраивании словесных и смысловых конструкций. Плюс каждый из гостей делится какой-то своей жизненной мудростью и опытом. Каждое интервью – это маленькая жизнь. Кладезь эмоций, мудрости, знаний и опыта.

«Спутниковый спорт»

Моя задача не посмотреть – а зафиксировать, что я это посмотрел. Это что-то, вроде discovery: поймать, сфотографировать и отпустить.

Сейчас у меня на крыше установлено 25 антенн. Впрочем, цели найти и собрать такую коллекцию изначально не было. Покупал, устанавливал, и в какой-то момент решил – хватит. Однако жизнь рассудила иначе.

Познакомился как-то с Виталием Яцишиным из Шепетовки, сделал с ним интервью. Позже на крыше моего дома делали ремонт и по старой доброй традиции работники перерубили кабели. Я обратился к Виталию за помощью в настройке антенны с полярным подвесом, и заодно навести порядок в антенном хозяйстве. Он согласился приехать. А потом говорит: «Слушай, но одна антенна – это мало. Даже две мало». А мы тогда планировали настроить две антенны по 180 см. И предложил купить больше. Я долго отказывался. Но в итоге за несколько месяцев благодаря OLX, знакомым в Днепре, Одессе и Запорожье – приобрёл 8 антенн. Постепенно антенное поле разрослось. Сегодня у меня 25 спутниковых тарелок, а у Виталика в Шепетовке – около 40.

У него много антенн с большим диаметром зеркала: 4,20 метра (из Мелитополя); четырехметровая (Северодонецк); 3,7 м из Ивано-Франковска; 3,2 м из Киева (на «1+1» забрали); 2,7 м – три штуки (тоже Киев). Все антенны он реставрирует самостоятельно.

Мелитопольская антенна стояла на общежитии: при разборке ее очень помяли. Когда мы ее привезли – у Виталика слезы на глазах были. Он над ней 5 лет трудился, в этом году собрал, и теперь она принимает сигнал со спутника AsiaSat-5 (100,5 гр.в.д.). Это самый восточный спутник для Шепетовки, практически на линии горизонта. AsiaSat-5 примечателен тем, что этот космический аппарат используется для «перегона» спортивных мероприятий. Один раз в течение дня мне удалось посмотреть сначала футбол в Японии, потом в Корее, а позже и в Китае.

Это такой вид спорта – принять то, что не «светит» на Украину и зафиксировать для себя это явление. Можно померяться с кем-то – смотрите, что мы умеем.

Я прекрасно понимаю, что эпоха становления спутникового телевидения уже пережита. Но спутник, как транспорт, еще долго будут использовать. Для дальних дистанций – это самый стабильный транспорт, другого еще не придумали.

Больших антенн со временем будет становиться все меньше, их уже никто не выпускает в промышленных масштабах, и они стоят космических денег. Сейчас мы, в принципе, собираем то, что людям не нужно. За антенны мы не платим, нам их просто отдают. Как правило, это кабельные операторы или любители, которые наигрались.

Для полного счастья нам не хватает еще парочки четырехметровых антенн. Дальше мы успокаиваемся, выстраиваем все, что есть и получаем удовольствие.

Есть такая компания «West Network» из Полонного – они подключали интернет в Шепетовке. Я знаком с владельцем Виталием Головней. Списался с ним в Facebook, попросил подвести сеть к Виталику на локацию, где антенны стоят. Говорю: место там гиблое, две улочки в промзоне на 20-30 домов. В четверг вечером я дал им адрес, в пятницу в обед там уже был интернет. Теперь в планах поставить один спутниковый приемник у Виталика и один у меня, чтобы попробовать их между собой соединить через VPN. Тогда я бы смог в Киеве принимать то, что есть у него, просто чтобы делать скриншоты и записывать видео.

Мы, по сути, пишем историю телевидения, сохраняя и накапливая эту базу телеканалов, их логотипов. Когда я записываю видео, то понимаю, что в принципе лет через 10, эта информация может у кого-то вызвать позитивные эмоции. Или захожу в папку со своими скриншотами и нахожу там телеканалы, которых давным-давно не существует – понимаю, что все не зря. Мы формируем свою базу телевизионной истории.

Смарт-туризм

Путешествия – это то, что дает мне эмоции. Очень нравится сам процесс подготовки – купить билеты, спланировать маршрут.

В смарт-туризме главная задача – не переплатить там, где другой переплачивает.

Когда стоимость перелёта обходилась в 10-15 евро, я настолько часто был в Европе, что в некоторые города приезжал уже как к себе домой.

Полтора года назад мы с друзьями ездили в Азию. Сначала приобретаются билеты с самым длинным расстоянием. А потом формируются маршруты долета и отлета. Изначально мы летели в Берлин, потом через Сингапур на Лангкави (Малайзия). Между прилетом и отлетом у нас было две недели – и вот на это время надо было как-то себя увлечь. Сидеть на месте – не наши методы. Пережили акклиматизацию, это же экватор, вечное лето. Потом начали думать: так, здесь за 30 километров Таиланд – туда сгоняем на лодке. Дальше смотрим: билеты на Бали дешевле, чем, условно говоря, поезд Киев-Запорожье – можно полететь и в Индонезию.

Когда людям говоришь, что за границей я отдыхаю в разы дешевле, чем они в условной Сергеевке или Буковеле, они искренне не понимают, как это у меня получается. А я всегда отвечаю, что это такой вид спорта. Разумеется, всё это относится к доковидной эпохе.

Умный туризм – это тоже умение работать с информацией, принимать решения и на выходе получать идеальный результат.

Семейная жизнь с психологом

С женой познакомились через интернет. Ничего в этом плохого и пагубного не вижу, так как в наше время, это такой же инструментарий, как кафе, парк, концерт и так далее.

На то время Оксана жила в Днепре, работала на 51-м телеканале, а я в Киеве. Я сразу сказал – даю тебе месяц на подготовку к «депортации» в столицу. Ровно в назначенный срок я ее забрал, а спустя полгода мы поженились.

У меня самая лучшая в мире супруга: она мой соратник, советник, помощник, друг на все случаи жизни. Идеальная для меня, как человек и личность во всех проявлениях. Точно могу поблагодарить ее родителей и ее саму за то, что она такая получилась.

Конечно, у нас бывают конфликты и небольшие «трения», как и у всех пар. У меня жена психолог по образованию, но это никак не сказывается на нашей личной жизни. Хочу всех разочаровать. Если у вас супруга психолог, сексолог, актриса, то это только в работе с клиентами или на съемочной площадке. Дома – это обычная женщина. Лично мне из этого ничего не достается. У психологов существуют правила, свой этикет, в рамках которого они не могут работать с родственниками или близкими – отношения могут испортиться.

Если у меня будет когда-нибудь психолог, то это точно будет не моя супруга, а сторонний человек.

Что касается связи с телекомом, то отраслью она интересуется исключительно в контексте общения с интересными людьми. Эти люди – самодостаточные, интересные, коммуникабельные. Вот мою супругу как раз привлекает общение с телеком-комьюнити. Оксана со мной ездит по всем конференциям. В этом году в июне на УКОС съездила без меня. Ехали отдельно, так как у меня с логистикой поездки не сложилось.

Особенность телеком-отрасли в том, что люди в ней сами себя создали. Большинство директоров и собственников компаний – это энтузиасты, которым в какой-то момент чего-то не хватало, и они просто начали это делать. Недовольные клиенты создавали свое – и оно получилось гораздо лучше существующего.

Блиц-опрос

Если бы не телеком, то я бы работал:

Если не привязываться к Украине, то я бы где-нибудь «завеялся по глобусу». Был бы, наверное, представителем креативной индустрии, возможно режиссером. Точно не ходил бы на завод с 8 утра до 5 вечера. Потому что монотонная рутина и полностью структурированная жизнь меня угнетают.

По ТВ я чаще всего смотрю:

В качестве зрителя практически ничего. Могу смотреть телевидение с точки зрения понимания того, какой идет контент, о чем он. 

У меня есть доступ ко всем украинским телевизионным ОТТ-сервисам, и не только, но они мне нужны только для того, чтобы скриншоты сделать, обзор написать или записать видео.

Сейчас большую часть времени у меня забирает YouTube: смотрю интервью, красивые съемки с дронов. Как телезритель – я пропащая душа. Если бы я и смотрел по телевизору что-то, то это был бы образовательно-развлекательный контент и познавательный с туристическим уклоном.

Через 10-15 лет я вижу себя:

Как человека, который своим результатом становится примером для других. Думаю, что миссия каждого трезвомыслящего и вменяемого человека в том, чтобы он своим примером показывал всем остальным, что в этой жизни все возможно. Нельзя отчаиваться, нельзя забивать – нужно просто брать и делать.

Лучший подарок для меня это:

Когда у близких людей все хорошо, и они делятся исключительно положительными эмоциями. От материальных вещей я не отталкиваюсь – все стало намного проще. Хочешь что-то – идешь и покупаешь. Плюс материальное не вечно – сегодня есть, а завтра нет. 

Представьте себя одним предложением:

Я Александр Глущенко, и я криэйтор: создаю формы, наполняю их смыслом, создаю движение и это не всегда про деньги.

Екатерина Даньшина
Журналист, интервьюер и спичрайтер. По образованию - филолог, литературовед. В сфере медиа - более 5 лет. Работала над созданием сюжетов для информационных и развлекательных программ на телевидении, занималась подготовкой материалов для радио, печатных и интернет СМИ. В последние несколько лет была задействована в работе пресс-службы городского головы Запорожья. Автор документальных спецпроектов, номинант украинской телевизионной премии «Телетриумф».

Другие публикации автора:

Кто в Fidonet живет? История главного аналога интернета 90-х

Здесь отсутствовала реклама, яркие картинки и иллюстрации, зато были постоянное общение единомышленников и обмен полезной информацией. В дальнейшем Fidonet назовут «сетью для своих» или...

Максим Тульев: о пути в телекоме, покупке частного самолета и желании уйти в политику

В 12 лет он самостоятельно собрал компьютер, а в 20 – уже возглавлял свою собственную компанию и первый большой заработок потратил на приобретение частного...

«Я разнесла в пух и прах все, что делалось в Дизель Шоу до меня», – эксперт по коммуникациям Лена Сныткова о продвижении развлекательных проектов...

Ее не приняли в лицей и отчислили из университета, а она продолжала усердно работать с самого утра и до поздней ночи. Целеустремленность и трудолюбие...

Как организовать масштабный телеком-ивент: инструкция от программного директора TIM Анатолия Фроленкова

Если вы давно хотите организовать масштабное отраслевое мероприятие, но совсем не знаете с чего начать – этот материал именно для вас. Мы расскажем с...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: