facebook

Александр Федиенко, Слуга Народа: в ближайшие пять лет массового 5G в Украине не будет

Александр Павлович Федиенко – единственный представитель телеком-рынка в Верховном Совете девятого созыва. На его плечи, кроме законодательной инициативы и деятельности, возложена задача не только защищать отрасль и отстаивать ее интересы в сессионном зале, на заседаниях Комитета по цифровой трансформации, но и доносить коллегам о реальном положении вещей и развенчивать мифы, кривотолки, информационные вбросы и упреки.

2020 – полноценный год работы народным депутатом. Как вы оцениваете этот год с точки зрения законодательной инициативы и результативности?

2020 в качестве народного избранника оцениваю на «удовлетворительно». Почему так? Считаю, что Парламент мог быть более эффективным, по крайней мере, в моём телекомовском профиле.

Это притом, что работа ни на минуту не останавливалась и не тормозилась: ни сначала, ни во время первой волны эпидемии коронавируса, ни потом. Это же могу сказать и о других депутатах, входящих в состав Комитета по цифровой трансформации. Задних не пасли. Наоборот, было наработано для отрасли немало изменений в законодательство: доступ к инфраструктуре, электронные коммуникации, защита электронных телекоммуникационных сетей и т.п.

Верховная Рада – слишком сложная экосистема, где народный избранник одновременно работает с очень большим количеством разнообразных и межотраслевых законопроектов

Но Верховная Рада – слишком сложная экосистема, где народный избранник одновременно работает с очень большим количеством разнообразных и межотраслевых законопроектов. И у этих законодательных изменений есть как сторонники, так и противники. Для того чтобы тот или иной законопроект получил положительные отзывы в Парламенте, депутатам необходимо сохранять критическое мышление и иметь резистентность к внешним информационным воздействиям и психологическому давлению. Это я могу официально заявлять как человек, проработавший практически 2 года в Парламенте и проверивший все на практике, как говорится – на собственной шкуре.

Во время работы над тем или иным законопроектом, из-за не готовности к этому давлению и ментальному противостоянию с основными стейкхолдерами, – происходит такая информационная «обработка», которая бывает достаточно жесткой, некоторые депутаты, к сожалению, в зале дают задний ход по голосованию. Поэтому некоторая часть законопроектов, которые могли стать законами, проваливаются в зале.

Такова реальность. Хотя, еще раз подчеркну, что я, как депутат, и мои коллеги из Комитета цифровой трансформации работали достаточно эффективно. А Парламент, с точки зрения принятия законопроектов для отрасли телекоммуникаций, работал не совсем эффективно, хотя и по объективным причинам, одна из которых – селекционное давление.

Во время работы в общественном секторе, в «Интернет Ассоциации Украины», я не прибегал к манипуляциям острыми вопросами, подменой понятий или продвижением своих идей на хайпе. Сначала подробно разбирались в тех или иных законодательных инициативах, привлекали экспертов, консультировались, а также всегда пытались конструктивно сотрудничать с авторами этих законопроектов. Потому что с одной стороны я понимал, что для развития отрасли нам нужны изменения и соответствующие реформы, а с другой стороны, что депутаты – это тоже живые люди, они не боги, без помощи экспертов, особенно в вашей области, некоторые технологические вопросы досконально могут просто не знать. Поэтому, по этой схеме я работаю и сейчас. Например, когда нужно принять решение по НЕ моей тематике, такие, как медицина, экология и т.д. – я в первую очередь слушаю не то, что пишут в сети, а общаюсь с коллегами специалистами данной сферы из фракции, и независимыми экспертами.

Всегда важен диалог – не только говорить, но и слушать. В некоторых вопросах мне удавалось вообще убедить народного депутата не подавать тот или иной законопроект или снять его, в некоторых вопросах мы вносили свои предложения и делали соответствующие изменения. Но это, еще раз подчеркиваю, был эффективный и конструктивный диалог. Диалог, направленный в первую очередь не на удовлетворение собственных амбиций, а на результат для отрасли и страны.

Фейсбук и другие соцсети сегодня – отдельные площадки, которые часто используются для оказания влияния так называемыми «Фейсбук титушками».

К сожалению, сейчас развелось очень много так называемых «активистов» таранного типа, которые вешают без разбора ярлыки на законодателей, инициаторов или иных общественных деятелей, а сами, по сути, уже не являются общественными деятелями, а давно превратились в агентов влияния, контролируемых соответствующими структурами или спецслужбами. Между собой таких людей можем смело называть «пятой колонной», которую используют для сбивания того или иного законопроекта, независимо от того, какой сейчас состав Рады или каденция.

Фейсбук и другие соцсети сегодня – отдельные площадки, которые часто используются для оказания влияния так называемыми «Фейсбук титушками».

С точки зрения атак на интернет-площадках, я могу разделить их на три категории:

  • атака, которую запускает любитель ради удовлетворения собственных амбиций или самоутверждения;
  • атаки, направленные исключительно на зарабатывание денег и носят финансовый интерес;
  • системно направленные атаки, контролируемые спецслужбами той или иной страны.

В моем понимании, депутаты – такие же информационные объекты, на которых могут быть направлены информационные атаки в киберпространстве, скажем, теми же «Фейсбук-титушками», которые направляют свою активность именно на депутатов, и их методики иначе как хейтерством и буллингом не назовешь.

Если в 2019 году в сети атаковали или угнетали депутатов «по-приколу», то сейчас уже можно наблюдать атаки, носящие характер спланированных информационных кампаний. Если кому-то нужен был тот или иной законопроект – его сбивали уже системно, с помощью общественных деятелей, общественных организаций, с достаточно грамотно написанными письмами, которые направлялись депутатам на личные ящики, в мессенджеры и т.п.

Если стоит задача дискредитировать того или иного законодателя или соавтора, то письма получают все в Комитете, группе или фракции, кроме него. И такие случаи были. Или же всем на личные номера в мессенджерах приходят сообщения. Из пула номеров формируется группа в «телеграмме» и туда закидывается информация. Поэтому мои коллеги довольно часто меняют рабочие номера для мессенджеров или вообще используют номера мобильных операторов других стран. Но это уже больше имеет отношение к кибербезопасности и кибергигиене.

Это сейчас депутаты уже начали более-менее такие атаки сдерживать, а в начале каденции бегали с истерией, что их нагло и цинично «мочат», и главное, что это происходит – без привязки к какому-то конкретному законопроекту, реформам или фракции. И такие атаки на них морально давили.

Сейчас мы стали более опытными, тертыми калачами и внутри депутатских групп, фракций перед важными голосованиями делимся информацией кому какие посылы и смыслы присылали, которые могут повлиять на голосование и т.п. Если у кого-то из коллег возникают вопросы – всегда есть возможность встретиться и лично обсудить, разъяснить. То есть, чтобы было понятно, решение по принятию того или иного законопроекта на практике решается день в день, непосредственно именно в зале Верховной Рады. Именно поэтому авторы ЗП в этот день еще больше общаются, с коллегами своей и других фракций.

Что касается моего отношения к лоббизму – я всегда положительно относился и поддерживал данный процесс, когда отрасль защищают общественные организации, экспертное сообщество, профильные или бизнес-ассоциации. Но я против того, чтобы их использовали политические агенты или спецслужбы для воздействия на депутатов и результат их голосования.

Замечательный пример – законопроект «Об электронных коммуникации» №3014, когда с помощью ботов, зрадофилов или просто полезных идиотов по сети начали разгонять месседжи о «предательстве». Жаль, что «зраду» при полном непонимании сути предложенных в ЗП изменений разгоняли даже те люди, которых трудно обвинить в некомпетентности в данном вопросе или невозможности ознакомления с текстом документа. И после их публичных нарративов возникали вопросы относительно их аффилированного отношения к тем или иным структурам.

О влиянии одной из соседних стран на политиков всеми возможными способами и через обширный набор инструментария, куда входят средства массовой информации, информационные ресурсы, лидеры общественного мнения, ботофермы, «анонимные» телеграмм-каналы можно и не упоминать.

Александр Федиенко

«Зрада» 2020 народного депутата Федиенко А.П.? Почему так?

Предательства национальных интересов государства, на мой взгляд, не было. У меня имеется личный набор красных линий: нет реваншизму, никакого намека на сотрудничество с оккупантами из неподконтрольных Украине территорий, никаких уступок в отношениях со страной-агрессором.

Что касается отрасли, досадно, что не смог пробить то нагромождение фейков, в свое время вываленное на Верховную Раду и депутатов относительно законопроекта 2042 «О доступе к инфраструктуре», который в случае принятия – достаточно неплохо бы улучшил ситуацию в телеком-отрасли и дал толчок для развития. Но лобби ОСББ чередой манипуляций и подменой понятий да еще и накануне местных выборов осознанно не дали изменить законодательство.

Попытки сбить законопроект 3014 «Об электронных коммуникациях» – отнести к разряду «зрада» не могу. Сопротивление было. Сбивали его в первую очередь те силы, которые против любой интеграции с Евросоюзом. Назовем их реваншистами. Доходило до смешного. Лидерство в этом процессе пробовал на себя перетянуть один из так называемых лидеров общественного мнения, закамуфлированный под Майдан, которым он постоянно прикрывается. Довольно странно выглядят такие «лидеры»: с одной стороны «ценности» Майдана, с другой – конкретные прямо противоположные действия и лозунги против евроинтеграции.

И куда же без насущной проблемы общества – тотальное нежелание читать законопроекты, нормативно-правовые акты, документы от слова «совсем». Куда проще поверить так называемому лидеру общественного мнения, что все плохо, «зрада», все пропало, чем разобраться, что и как есть и будет на самом деле. Так и живем.

Победы 2020 народного депутата Федиенко А.П.?

12 января Президент Владимир Зеленский подписал закон №3014 «Об электронных коммуникациях», принятый Верховной Радой 16 декабря 2020. Этот документ не только регулирует отношения на рынке – между государством, поставщиками и пользователями услуг, но и приближает Украину к европейским стандартам в сфере электронных коммуникаций.

Даже самые отъявленные оптимисты не верили в то, что мы сможем в Парламенте во второй раз проголосовать за столь сильный реформаторский законопроект. Мы собрали голоса, несмотря на то давление, шум, крики о «зраде» в СМИ, от управляемых «активистов» и общественных «деятелей», в сети «Фейсбук», сливных бачках в «Телеграме». Мы смогли наладить коммуникации со всеми депутатами в Раде, со всеми группами, фракциями, со своей фракцией почти на 100%, донести информацию о необходимости изменений для отрасли и эффекте для страны. И мы имеем соответствующий результат. На мой взгляд – это достаточно существенная победа, хочу напомнить, что законодательство в этой сфере не менялось почти 18 лет. И все предыдущие каденции, все попытки и потуги его изменить или провести новый законопроект – терпели фиаско, таким сильными были сопротивление и лобби.

Также я активно участвую в популяризации и продвижении проекта «Закона об обороте гражданского огнестрельного оружия и боеприпасов к нему» №4335 от 06.11.2020. Это, на мой взгляд, также большая победа. Надеюсь, что этот проект пройдет все Комитеты, и мы больше не будем возвращаться к вопросу оружия. С одной стороны, мы страна, которая ведет войну и пока, к сожалению, находимся не в финальной фазе, нам необходимо защищаться, а с другой – нам требуются условия, при которых у населения будет опыт владения оружием, в случае эскалации конфликта. Ведь наш «сосед» довольно непредсказуем. И в случае «ЧП» в ряды вооруженных сил будут мобилизованы люди, которых уже не надо учить, они подготовлены, с навыками и опытом.

Этот законопроект для меня в первую очередь – реализация права гражданина Украины на защиту, закрепленного в Конституции. Я не понимаю, почему мои коллеги говорят, что завтра кто-то кого-то перестреляет и пытаются намекать на то, что наше общество еще не зрелое? Вот не понимаю этих тезисов и попыток сравнения граждан с какими-то доисторическими людьми.

Много где в мире государства приняли свои «Законы об оружии и вооружение», и никто никого не перестрелял, да и вообще, – ничего страшного не произошло. Скажу больше – могущество стран значительно выросло, криминогенная ситуация – улучшилась. Я считаю нашу нацию достаточно прогрессивной с одной стороны, но есть и другая сторона медали – тотальное отсутствие информационной или кибергигиены, и вера сливным бачком, ангажированным лидерам мнений или ботам в том, что мы деградируем. И этот факт меня очень огорчает. Но я верю, что в 2021 году нам есть над чем работать и к чему стремиться, чтобы победить. И такие фундаментальные вещи, как законопроекты об оружии или электронных коммуникациях являются большими достижениями, потому что об этом когда-то боялись даже говорить, а теперь мы работаем над достижением результата.

Схожая ситуация в манипуляциях была с законопроектом «О рынке земли», за который, кстати, я голосовал. Как сын человека, который всю свою жизнь проработала в аграрном секторе, начиная с работы трактористом, затем после получения профильного образования – агрономом, руководителем агропредприятия и уже потом заместителем Министра сельского хозяйства. Это мой отец – Федиенко Павел Николаевич, который в сельском хозяйстве знает намного больше, чем кто-либо в том фейсбуке, особенно это касается зрадофилов, разносящих ерунду по сети о выделении Кнессетом Израиля 300 млрд «доляров» для скупки украинских черноземов.))

С одной стороны у меня был консультант, выступающий на стороне государства Украина и государственной политики, с другой – я провел работу в Бориспольском районе Киевской области, судьба которого мне не безразлична. На вопрос сельским жителям: «А сколько они получают от фермера, который арендует гектар земли?» Получал ответ, что до 3 тысяч гривен в год, и постоянно жалуются те фермеры, все плохо, денег нет. И смех и грех. То есть, у нас под боком сформирован некий рынок, не очень цивилизованный. Селяне ничего не получают. Государство в виде налогов также практически ничего не получает. Поэтому я, лично, голосовал «ЗА!». И в дальнейшем буду голосовать за подобные реформаторские законопроекты.

В первую очередь мы должны создавать условия и заботиться о бюджете, о населении, ведь мы страна, которая очень быстро стареет, и, к сожалению, демографическая ситуация не улучшается. И это проблема не только Украины, а всей Европы. Поэтому, де-факто, все, что находится в «серой» зоне рынка, должно быть перенесено в белую и получить цивилизованные правила игры, цивилизованные правила коммуникаций, цивилизованные взаимоотношения. Когда мне говорят, что черноземы будут вывозить пароходами, баржами или эшелонами – считаю, что глупость полная, и даже не хочу комментировать это. Ведь мы в этом законе заложили такие правила, чтобы максимально обезопасить государство и население от подобных шагов. А те, кто выступают против – или имеют личный интерес в отсутствии правил, или просто не читали текст закона и им комфортно верить условной «Гале с фейсбука» – эксперту по всем вопросам, нежели потратить личное время на изучение текста, чтобы не быть инструментом манипуляций в чужих кампаниях.

У нас есть выбор – либо оставаться отсталой страной – поставщиком сырья и дешевой рабочей силы, или формировать условия, при которых Украина будет сильной технологической экономикой

Экономика должна работать. Есть замечательный пример Грузии, где грузины на 25 лет отдали землю инвесторам под застройку отелями, ресторанами и другими инфраструктурными объектами, создали свободные экономические зоны и в страну пришли инвестиции. У нас есть выбор – либо оставаться отсталой страной – поставщиком сырья и дешевой рабочей силы, или формировать условия, при которых Украина будет сильной технологической экономикой и создавать на своей территории дополнительную рыночную стоимость.

Я видел собственными глазами, как «клепают» информационные вбросы прямо в кулуарах Верховной Рады. Стоят две камеры двух разных телеканалов. Один и тот же представитель от политической силы на одну камеру говорит один посыл, потом разворачивается и на другую камеру говорит диаметрально противоположное мнение. И это сразу попадает в информационное поле страны. Вот это уже глобальная манипуляция общественным мнением. Поэтому, не стоит верить всему, что написано и всему, что сказано – особенно от неизвестных людей. Не факт, что вами не манипулируют. Куда сложнее учиться, разбираться и становиться экспертом. Нашему обществу вообще во многих вещах не хватает критического мышления, а это очень важно при постоянных информационных атаках.

По моему скромному мнению, идеология интернет, какой она была заложена изначально, – разрушена.

Информационные технологии с одной стороны – это улучшение в жизни человека, с другой, человечество не выработало иммунитет и пока не готово воспринимать такое количество информации. Нельзя абсолютно доверять телевизору, сети интернет и всему, что сказано, написано или рассказано, какими бы сладкими словами это не вливалось в уши. По моему скромному мнению, идеология интернет, какой она была заложена изначально, – разрушена. Мы имеем на сегодня не асинхронную сеть интернет, мы имеем множество площадок: информационные, медийные, соцсети, торговые и другие. А ведь эти площадки кто-то содержит, администрирует, и благодаря этому инструментарию имеется возможность влиять на общественное мнение и манипулировать им. Телевизионные каналы влияют на аудиторию со своей стороны, социальные сети – со своей стороны, газеты, я так понимаю, в бумажном виде уже почти никто не читает. Поэтому, тот, кто владеет каналами донесения информации, может сделать много нехороших вещей с гражданами, которые не имеют достаточно знаний и не умеют критически мыслить и верят всему, что слышат или читают.

В октябре 2020 году в рамках конференции НеоУКОС в «Парковом» я спросил у представителей отрасли: «Кто из вас читал текст законопроекта?». Среди присутствующих 200 человек руки подняли всего несколько. Когда отрасль, профессиональная среда не интересуется законодательством и не читает вообще ни одного нормативно-правового акта, который принимают, что говорить о простых, далеких от этого всего людях?

Александр Федиенко

Закон «Об электронных коммуникациях» – почему было такое сопротивление?

Общественный сектор, который является профессиональной средой – был «ЗА!». «Телас», «Телекоммуникационная палата Украины», АППК полностью поддерживали. Интернет Ассоциация Украины не поддерживала конкретные статьи, о чем представители ИнАУ сообщили, и мы к некоторым вопросам прислушались.

Я получал от некоторых депутатов запросы относительно внесения поправок, но когда речь заходила о конкретике и детализации, становилось очевидно, что профессионально не подготовленный человек просто пытается выполнить чьи-то пожелания, назовем это так. Но успехов такие попытки не имели.

Сопротивление ощущалось со стороны спецслужб, которые хотели протащить в закон собственные «хотелки». От части бизнес-сообщества, привыкшего жить в «управляемом хаосе» и которым изменения не нужны, тоже были замечены попытки упреков дискредитации ЗП. Давайте на чистоту. Некоторых участников рынка, например, или политикума устраивает, что мы вынуждены оставаться страной с десятками тысяч игроков на рынке доступа к сети интернет, кичиться самыми дешевыми в мире ценами на доступ, от которых выигрывает, бесспорно, в конечном итоге исключительно лишь потребитель. Но будет ли развиваться в таких условиях сама отрасль, и выигрывает ли государство, получает ли экономика толчок к развитию – вопросы риторические?

В первую очередь оппонентам необходимо внять одну простую истину: так как было прежде – никогда не будет. Мы выбрали свой путь и идем в Евросоюз. А Евросоюз – это уже не хаос, это четкая, понятная, декларативная юридическое экосистема. И мы не можем прийти туда со своим хаосом и непониманием происходящего. Нам необходимо выбирать: или мы идем в Европу, где все структурировано и наведен порядок, и нам нужно собственное законодательство имплементировать и приводить в соответствие с их, потому что это мы к ним хотим, а не они к нам. Или мы и дальше живем в том броуновском движении, старой парадигме, которые устраивают отдельные категории, и никуда не двигаемся, находясь в подвисшем состоянии, лишенные прогресса и эволюции.

Я хочу напомнить, что именно народ Украины избрал путь движения в сторону Европы и к европейским ценностям. Поэтому, я еще раз хочу поблагодарить народных депутатов, которые все же способствуют евроинтеграционным процессам, и рад, что прислушиваются к моим профессиональным размышлениям.

А почему воздержались от голосования представители «Голоса» или «Европейской солидарности»? Считаю, что, скорее всего, они стали объектами манипуляций, не нашли время чтобы разобраться и детально проработать вопрос, – поэтому ими было принято решение остаться в стороне. Обычная политическая перестраховка. Опять же, – это мое мнение.

По поводу «страшилок», которые разгонялись по сети интернет – большинство из них были нацелены на людей, которые в глаза не видели текст законопроекта. Никоим образом и никакого вмешательства в частную жизнь граждан в тексте не предвидится и не предвиделось. У нас есть Конституция, где четко регламентировано, что никто не может самовольно вмешиваться в частную жизнь граждан. И все эти упреки в стиле «завтра вас всех будут прослушивать», «завтра будут без уведомления снимать информацию» – это все страшилки. Без решения суда ни у кого в стране нет ни прав, ни разрешений на такие спецсредства. Кроме случаев, когда это касается вопросов национальной безопасности. Еще раз хочу напомнить, что мы страна, которая находится в состоянии войны, и с этим положением вещей нужно считаться. Но и здесь действуют механизмы, когда соответствующим спецслужбам для выполнения контрразведывательных мероприятий нужно выполнить кое какие технические процедуры на соответствующей территории, где происходит контрразведывательная или антитеррористическая операция, или введено чрезвычайное положение. В обязательном порядке необходимо взять решение суда. Если нет решения суда, вся информация уничтожается и не может никогда быть использована в обвинениях или в других процессуальных действиях.

Хорошая новость, что вот такие примитивные обвинения о вмешательстве в частную жизнь серьезная пресса игнорировала, и о «зраде» писали «сливные» бачки или желтые издания, к великой радости, не имеющие никакого серьезного влияния на мнение аудитории.

Если вкратце, то «Закон о коммуникациях» – это вообще технический документ, технический законопроект, который шел на замену законам «О телекоммуникациях», «О номерном ресурсе Украины» и другим.

Вместо принятия Кодекса об Электронных коммуникациях был выбран путь постепенных интеграций изменений в действующее законодательство и приведения его к европейским нормам. Хотя, эта самая Европа сделала 5 таких интеграций, пока мы пришли к Кодексу. Мы пока делаем первую попытку, вернее, пытаемся сделать одну попытку, для того чтобы привести наше законодательство в соответствии с европейским. Но в финале это все равно будет Кодекс, который поглотит, скорее всего, в себе законы «О доступе», «О регуляторе». В законе «Об электронных коммуникациях» заложено много вещей и много, что уже возможно, но действующие законы со временем будут поглощены в соответствии с кодификацией и превратятся в один единственный документ – Кодекс.

Чем 3014 будет полезен для мобильных операторов, телеком-провайдеров, кабельных операторов, пользователей и государства?

В первую очередь, 3014 становится полезным тем, что закладывает цивилизованные механизмы, которых не существует в действующих законах «О телекоммуникациях» и «О радиочастотном ресурсе», например, по распределению, обмену, надзору и эффективности использования частотного ресурса, по телекоммуникационным сетям, о поставщиках услуг на тех или иных территориях, о взаимосоединении.

Законопроект 3014 становится полезным тем, что закладывает цивилизованные механизмы, которых не существует в действующих законах «О телекоммуникациях» и «О радиочастотном ресурсе»

Были определенные упреки от противников взаимосоединения, что завтра придет Регулятор и всех «нагнет», что маленькие игроки должны будут отдать или впустить в свои сети крупных. Ну, дуристика полная! Почему дуристика? Потому что мы живем в эпоху, когда разговоры о сетях 5G ведутся не просто, как попытка кого-то напугать, а в разрезе подготовки инфраструктуры и условий для внедрения. И покрытие сетями пятого поколение не будет носить характер коврового и бесшовного, а скорее будут кампусные зоны, или где-то на промышленных объектах или в местах с большой концентрацией людей, где будет необходимость в 5G. И поставщику 5G не нужно будет строить собственную наземную инфраструктуру. Он может обратиться к Регулятору с запросом на доступ к сетям на конкретной территории. Регулятор предоставляет перечень операторов на этой территории: больших, средних, малых. Поставщик услуг 5G приходит к оператору договариваться в рамках существующих правил, и эта ситуация более техническая, чем экономическая или политическая. И я вижу в такой синергии – толчок для развития малых и средних операторов. Пусть между собой на рыночных условиях договариваются о сотрудничестве, кто, кому и как сдает в аренду сеть.

Я, как технарь, слабо верю в массовое развитие 5G в Украине в следующие 10 лет.

Из тех процессов, которые мы видим на рынке, малые операторы и даже средние, во многих случаях – это не структурированный, иногда даже незадокументированный бизнес, без четкого понимания и горизонтов планирования. В таком виде он не интересен крупным игрокам для поглощения или объединения. Если такие сети будут предоставлять сервис для операторов 5G – это будет уже неплохим фактором для их существования на рынке. Хотя я, как технарь, слабо верю в массовое развитие 5G в Украине в следующие 10 лет.

Проект Закона 4118 о внесении изменений в Закон Украины «О доступе к объектам строительства, транспорта, электроэнергетики с целью развития телекоммуникационных сетей» и другие законодательные акты Украины по развитию телекоммуникационных сетей – какова его судьба?

Если депутатами и дальше будут манипулировать, то его судьба не ясна.

Ими манипулируют представители ОСББ. Отсутствие соответствующих правил на рынке с точки зрения доступа к инфраструктуре – открывает невиданные условия для коррупционных схем. Зачем представителям ОСББ правила и понятные финансовые условия, когда с каждым отдельным провайдером они договариваются на своих условиях и не желают, чтобы что-то менялось или регулировалось?

Прослеживается четкая манипуляция и втягивания в процесс «мнения» совладельцев, то есть жителей, хотя весь интерес заканчивается на интересах глав тех же ОСББ. Для большинства из которых интернет-провайдер – это дойная корова: «оплатите ремонт того, того, того или шлагбаум установите, или камеру, или насос купите, или еще что-то … а если не будете идти на диалог – выгоним вас из здания, или мы вас не впустим, потому что у нас здесь монополия и мы взяли деньги за то, чтобы никого не впускать, а жители потом мучаются»…

В этой ситуации я, в первую очередь, конечно же, на стороне конечных потребителей, то есть абонентов. Потребитель, кстати, согласно действующему законодательству, имеет право выбирать услугами какого поставщика доступа к сети интернет он хочет пользоваться. Ни одно ОСББ, никакой ЖЭК, управляющая компания не вправе запретить ему право выбирать. И для этого необходим соответствующий закон, чтобы существовали соответствующие действенные механизмы. ОСББ это не нужно. Они, кстати, и не скрывают этого, что правила и урегулирование им только навредят. Им гораздо интереснее самостоятельно устанавливать стоимость договора аренды за доступ к инфраструктуре, а не по Закону. Куда комфортней, когда хочу – устанавливаю 100 гривен, а хочу – 10000 гривен. Или вообще просят провайдера убираться прочь. Но они совершенно не понимают, что у провайдера нет собственных денег – все эти поборы, «хотелки», – это все деньги абонентов, то есть совладельцев, которые делегировали им право что-то решать, но точно не залазить в их кошельки подобным образом. И все расходы в дальнейшем, которые пытаются возложить на интернет-провайдера – переносятся в тарифы и на потребителей. Поэтому, по 4118 ведется разъяснительная работа с парламентариями.

Очень удивляет пассивная позиция отрасли. Некоторые ассоциации поддерживают – Телас, ТПУ. Но в целом, все как-то пассивно. Я не видел еще ни одного представителя отрасли, будь то «ФОП», или крупная компания, которые обратились бы к депутату по своему мажоритарному округу с предложением: «друг, мы за тебя голосовали, почему ты не хочешь голосовать за 4118, чтобы сохранить наш бизнес, рабочие места, налоги?».

Зато представители ОСББ этим инструментарием достаточно действенно и активно пользуются, постоянно манипулируя и навязывая депутатам в регионах надуманные и ложные нарративы, что завтра придут операторы, все сломают, уничтожат, покорежат, пробурят стены, двери, окна. Это снова показатель того, что представители ОСББ вообще не читали ни законопроект 2042, ни законопроект 4118, где все четко прописано и выписано. Первые не могут зайти в дом без согласия вторых, и сделать что-то могут исключительно в рамках технических условий, вторые не могут брать за вход больше денег, чем это предусмотрено законодательством. Кстати, это тот досадный пример, когда я впервые задумался над тем, что мажоритарная система в таком виде – зло, и больших реформ с ними не сделать.

Представители ОСББ или не хотят слышать, о чем законопроект 4118, или не могут, потому что им это не интересно

И если представители ОСББ и читали законопроект, видят они там не улучшение для отрасли, не создание прозрачных и четких правил игры на рынке, не разрушение монополий, где выигрывает конечный потребитель, а угрозу для собственного бизнеса. После всех диалогов с представителями ОСББ я могу сделать только один неутешительный вывод: они или не хотят слышать, о чем законопроект 4118, или не могут, потому что им это не интересно.

В Европе пошли немного иным путем. Так в доме во время строительства планируют телекоммуникационную комнату, делают разводку коммуникаций до квартиры и в ней, а оператор или операторы заходят исключительно до этой комнаты с оптикой, где уже происходит распределение, коммутация – какому абоненту услуги, какой компании будут предоставляться. Для этого существует Декларация о доступе. Мы в Украине тоже в свое время к такой реализации придем, но для начала вынуждены выстроить механизмы, без законодательной базы выстроить это невозможно. И ОСББ против. Для них провайдер телекоммуникаций – статья доходов.

Обратите внимание, что именно для ОСББ или управляющих компаний – это доходы, а вот для жителей домов – это будущие дополнительные расходы. Провайдер полностью перенесет все дополнительные нагрузки, поборы, затраты, растраты, хотелки на жителей. Хотя я не могу говорить так обо всех ОСББ. Мы получили много писем и в поддержку законопроекта от современных и прогрессивных руководителей ОСББ.

Александр Федиенко

Интеграция Украины с единым цифровым рынком ЕС – какие перспективы в 2021 году?

Мы двигаемся в этом направлении, но, к сожалению, только декларативными методами. Просто физически не успеваем делать все быстро. Для начала нам нужно принять Закон «О регуляторе», а он будет крайне сложным документом, на порядок сложнее, чем Закон «Об электронных коммуникациях». Регулятор будет наделен соответствующими полномочиями, которые не понравятся рынку. На этой вотчине начнется борьба политических стейкхолдеров и крупного бизнеса. Я уже прогнозирую, как в процесс включатся некоторые министерства, чтобы максимально убрать оттуда все, что касается вопросов регуляции почтовых перевозок. И после этого мне будут забрасывать, что в Украине отсутствует институт лоббизма?)

Я надеюсь, что в 2021 году у нас будет новый телеком-регулятор

В Европе нормальный процесс: не нарушаете – не получаете штрафы. Поэтому, в 2021 году глобальных изменений касательно интеграции в цифровое пространство Евросоюза не планируется. Но я надеюсь, что в 2021 году у нас будет новый телеком-регулятор. Это пока все, что я могу прокомментировать.

Надеюсь, что будет проголосован законопроект №4066 и наша отрасль наконец-то получит обновленного регулятора. К сожалению, почему-то, последние годы ни Правительство, ни Офис Президента не уделили никакого внимания нашему регулятору. Я не могу сказать, что НКРСИ не справляется, но я считаю, что есть еще над чем работать и есть что улучшать.

Как проверять качество телеком-услуг? Есть ли решение?

Я вообще лично всегда был противником этого процесса.

Я считаю, что учитывая то количество операторов, поставщиков услуг, которые присутствуют в нашей стране, пользователь может свободно выбирать для себя поставщика по качеству и по цене. Но мы здесь возвращаемся опять же к Закону «О доступе». Вот, например, есть какое-то ОСББ, на территории которого находятся 2 или 3 интернет-оператора, договорившихся с этим ОСББ, и других игроков туда просто не пускают. Еще более деликатно будет выглядеть эта ситуация, когда прояснится, что эти 2 – 3 оператора принадлежат вообще одному человеку, а конкуренция – фиктивная. И вот на поверхность выныривает самая глобальная проблема – потребитель лишен механизмов выбрать другого поставщика. В случае такого инцидента, возникает необходимость наличия механизма, когда потребитель имеет право пожаловаться Регулятору на того или иного поставщика услуг доступа к сети интернет в конкретном доме по конкретному адресу и на «качество» предоставления услуг. Я считаю, что этот механизм, с одной стороны, должен быть стимулирующим, но применяться исключительно в случаях, когда не работают рыночные конкурентные механизмы.

Измерять нужно технические параметры, зафиксированные в соглашении, которые предоставляются на территории Украины. Потому что когда мне рассказывают, что интернет не работал и провайдер плохой, а потом мы выясняем, что не работал Фейсбук или Гугл, ибо глобальный технический сбой, я задаю простой вопрос: «Провайдер тут причем, если не работал конкретный сервис?».

И вот как пользователю объяснить в такой ситуации, что с провайдером все хорошо, не работает или плохо работает конкретный сервис, который не является заменителем всего интернета? Потому что абонент эмоционально все шишки и весь негатив направляет на провайдера. Вот какие могут быть претензии к украинским провайдерам, с точки зрения контента, когда все сервисы, которые работают на территории Украины – иностранные? И весь интернет – «зарубежный»! Фейсбук, Гугл, Ютуб, Инстаграм, Телеграмм – все эти площадки за рубежом, поэтому и измерять «качество» доступа к ним и проверять «качество» телеком-услуг на них мы не будем.

Лично я пользуюсь сайтом DownDetector.com – где в режиме реального времени видно, у каких поставщиков проблемы или каналы перегружены.

Мобильные операторы vs НКРСИ vs Минцифра: предоставление ненадлежащих контент-услуг

Мобильный оператор в схеме предоставления контент-услуг здесь вообще ни при чем. Есть соответствующие контент агрегаторы, которые заключают соглашения с мобильными операторами на предоставление контент услуг на сетях мобильных операторов. Не секрет, что поставщик контент-услуг имеет соответствующий технический доступ к ядру мобильного оператора. В будущем для решения проблем, я бы на месте Регулятора вообще вывел поставщиков контент-услуг из тени мобильных операторов. Потому что когда абонент получает смс-сообщение о подписке на сервис или контекстную рекламу – это не мобильный оператор присылает, а именно контент-агрегатор. В этом бизнесе крутятся огромные деньги, поэтому я понимаю мобильных операторов, которые не желают терять источник дохода, но понимаю и абонентов, которые не хотят платить за то, на что они случайно подписались. Вариаций решения проблемы множество – начиная от пакетов без смс и активацией смс, как отдельной услуги у оператора, до массовой миграции абонентов с припейд тарифов на контракт.

Что мешает Украине создать ковровое покрытие мобильной связью и доступом к сети интернет?

Отсутствие Закона «О доступе к инфраструктуре». Это, во-первых. А во-вторых, это отсутствие спроса у населения. Мы много говорим об интернете в селах, он там есть, по крайней мере, в селах с населением более 1000 человек. Не проблема построить бизнесу доступ, проблема в том, что там просто нет пользователей. Мобильные операторы не идут туда, где нет потребителей. Малый бизнес придет первым, если мы ему создадим условия. И условия эти – не субвенции или дотации, а изменение законодательства, прозрачные правила игры. Например, идешь в депрессивное село – получай понижающий коэффициент на доступ к инфраструктуре, учишь местных жителей пользоваться цифровыми технологиями – еще один коэффициент. Такой опыт присутствует во многих странах мира.

Если будут замечены какие-то коррупционные схемы – как депутат – сразу буду писать в правоохранительные органы

Касательно инициативы Минцифры и выделении бюджетных средств провайдерам для построения доступа, я не МинЦифра, но буду пристально следить за механизмами распределения этих средств. Если будут замечены какие-то коррупционные схемы – как депутат – сразу буду писать в правоохранительные органы. Но еще раз напоминаю, я противник таких методов стимулирования. Потому что когда мне говорят, что где-то там нет доступа к сети интернет, я уверен, что, скорее всего, там нет пользователей и спроса на услуги. Если мы сеть построим, а пользователей там не будет – это будут просто зря закопанные в землю средства налогоплательщиков.

Доступ к сети интернет в прифронтовой зоне, как улучшить ситуацию?

Необходимо создавать условия. Я не говорю о линии соприкосновения, речь идет о территории на 20-30 километров вглубь. Особых проблем с доступом я не заметил. Везде где был – есть покрытие 4G. Там, где нет 4G – присутствуют фиксированные операторы. Я бы не сказал, что там есть проблема со связью, скорее – с поставкой электроэнергии. Потому что когда нет света – нет интернета. Вот на эту проблематику нужно обращать внимание.

Вещание на оккупированные и аннексированы территории – почему система не работает?

Ответ нужно разбить на три части.

Первая – вещание. Нам необходимо внедрить механизмы, чтобы зрителю были доступны украинские телеканалы. Ну не смотрят там телеканал «Дом», который создали на базе канала UATV. В большинстве случаев местные о его существовании и не знают. Чтобы не говорили его авторы – пусть они поедут туда в военно-гражданскую администрацию и спросят у местных жителей, кто его смотрит и что они вообще смотрят? Никто не смотрит. Поэтому, я бы для тех территорий, где проводится ООС, ввел временную универсальную программную услугу, в состав которой включил каналы всех медиагрупп и независимых украинских вещателей. Чтобы операторы телекоммуникаций или провайдеры программной услуги предоставляли доступ «БЕСПЛАТНО». Или даже адаптировал часть каналов на тот язык, который комфортен для восприятия зрителями на той территории, ибо многие из них даже качественный телевизионный контент не хотят смотреть на украинском языке.

Внедрить эфирное цифровое вещание на оккупированные территории, но ретранслировать исключительно ОДИН телеканал.

Вторая – блокировка эфирного вещания и каналов российской пропаганды.

На этой территории существует система «Серпанок». Я уже год пытаюсь понять, как она работает, где она работает? Мне постоянно отписывают государственные и военные учреждения, и я для себя сделал выводы, что она, возможно даже работает, но эффективность работы системы крайне неудовлетворительная. Поэтому, необходимо понять: либо мы делаем аудит и модернизируем систему до такого состояния, чтобы результат показывали в российских новостях, или делаем вывод, что система не эффективна, не выполняет основных функций, и зачем нам ее поддерживать?

Третья составляющая – развитие локальных мультиплексов.

Где целевая государственная программа? Почему Национальный Совет Украины по вопросам телерадиовещания не начинает внедрять соответствующее решение, чтобы началось строительство государственного, а не частного мультиплекса?

Информационная и кибергигиена – как улучшить состояние?

Проблема глобальная и решать ее необходимо исключительно в разрезе Министерства образования и внедрения общенациональной программы по кибергигиене. Чтобы дети, начиная со школьной скамьи, получали прививки и разбирались в этих вопросах, что такое хорошо, что такое плохо, что можно делать в сети, а что запрещено? Это должны быть поколения, которые потом научат своих родителей, дедушек, бабушек.

Украинская молодежь более или менее прогрессивна в этих направлениях. Но поколение 35+ – сплошная проблема. Если мы обратимся в киберполицию, то удивимся, как много мошенничеств происходит в киберпространстве. Там обокрали, там деньги перевели кому-то, там оплатил товар и не получил. И проблема здесь в том, что преступник никого не заставлял делать это силой, граждане добровольно и собственноручно переводят средства и дают себя обмануть. Это все вопрос отсутствия навыков кибергигиены.

Ну вот как можно воспринимать ситуацию, когда дети в соцсетях сами сливают информацию о себе? Что-то вроде: мы поехали на море на три недели, тетя Галя будет поливать вазоны каждую субботу в 20-00, заходи – бери, что хочешь и можешь! Это также вопрос кибергигиены.

На предприятиях также необходимо проводить мастер-классы. Если на почтовый ящик приходят письма от непонятных адресатов или с неизвестными файлами – их не нужно срочно открывать, или на полу валялась флешка – ее не надо сразу подключать к рабочему компьютеру и проверять, что там запуская все подряд файлы.

О государственных учреждениях промолчу. Реализовывать такую программу нужно «на вчера».

Будет ли в Украине 5G? Когда? И зачем нам пятое поколение?

Будет ли в Украине? – Будет! Когда? – Не понятно. Мои прогнозы – от 5 лет, но возможно, даже и больше. Нужно понимать, что связь пятого поколения – это в первую очередь не столько про быстрый интернет, сколько об интернете вещей. До тех пор, пока у нас будет отсутствовать спрос на сегмент интернета вещей, до тех пор и операторы, скорей всего, не будут строить 5G.

5G – это история для крупных промышленных предприятий, районов с высоким уровнем урбанизации, путепроводов, где будут использоваться беспилотные авто

Во-вторых, у населения на руках нет такого количество гаджетов, поддерживающих 5G, чтобы появился запрос? Я уже говорил, что 5G – это история для крупных промышленных предприятий, районов с высоким уровнем урбанизации, путепроводов, где будут использоваться беспилотные авто. Но еще раз говорю, пока отсутствует спрос – я не верю в то, что 5G появится так быстро, как кому-то хочется. Почему это поддерживается МинЦифрой, это вопрос к МинЦифре.

Когда ожидать цивилизованный рынок интернета вещей?

Пока мы не изменим законодательство в сфере ЖКХ, например, чтобы все счетчики были в обязательном порядке оборудованы приборами дистанционного снятия информации, как это реализовали в некоторых странах экс-СНГ, – рынка не будет. Я считаю, что драйвером развития рынка IоT будет именно ЖКХ, а не аграрии, не охрана, и не логистика, потому что именно в ЖКХ наибольшее количество и объемы сенсоров и датчиков.

Александр Федиенко

Ситуация с «ФОП-ми»?

Я сам много лет был «ФОПом», я знаю как работают «ФОПы»

Моя позиция – мы строим сильную страну с сильной и, главное – устойчивой экономикой, где экономическая структура работает не только непосредственно на человека, но и на экономику государства. По крайней мере, не все это понимают, потому что тем, кто мне что-то закидывает – хочется иметь страну «мелких лавочников». Я сам занимался бизнесом, имею многолетний опыт общения с государственными органами всех уровней. «ФОПы» мне говорят, что они работают на экономику. Я сам много лет был «ФОПом», я знаю как работают «ФОПы». Физическое лицо предприниматель работает в первую очередь на себя. Но если мы начнем говорить о налогах, то я могу привести пример, когда при многомиллионных оборотах в бюджет выплачивались суммы в несколько сотен гривен. То есть, экономика, на мой взгляд, от этого процесса не выигрывала, а потом по цепочке и наша страна. Поэтому, самозанятость – отдельно, экономика страны – отдельно. Что касается отрасли телекома, вторую форму необходимо убирать. Об этом сейчас ведется дискуссия, но мы имеем одну отрасль и, по крайней мере, три вида различных субъектов, работающих в различных системах налогообложения, предоставляя одну и ту же услугу.

Александр Глущенкоhttp://www.protv.ua
Медиаэксперт. В области телевидения и телекоммуникаций с 1990 года в режиме мониторинга. Активное участие – с 2003 г.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: