Слава Соломка: «Телевидение для меня – святыня»

Представьте, что вы ставите машину на парковку у магазина. К вам подходит человек в униформе и нагло требует плату за пребывание на этой территории, намекая: «Мало ли что может случиться… Например, голуби прилетят и наследят». И тут же… высыпает на капот машины горсть семечек для привлечения этих самых голубей. Какой будет ваша реакция? Ругаться? Молча уйти? Что делать? В высоком парковщике, одетом в обычную мастерку с капюшоном, сложно узнать ведущего Славу Соломку. И потому что, как минимум, неожиданно это, и потому, что без привычной бабочки и очков его узнать почти невозможно. За время работы ведущим рубрик программы «Утро с Украиной» ему довелось примерить на себя много образов. О профессиональной «кухне», о том, как актер театра и кино пришел на ТВ, кто придумал образ человека в очках и с бабочкой, форс-мажорах и многом другом специальный корреспондент «Mediasat» Наталия Тютюненко поговорила с ведущим рубрик «Провокатор» и «Рабочая смена» программы «Утро с Украиной» телеканала «Украина» Славой Соломкой.

Mediasat: Вы по образованию актер. Как попали на ТВ?

Я окончил театральный институт им. Карпенко-Карого, после этого работал в театре и снимался в кино. Но я ощущал себя нереализованным, как актер. Почему я пришел в актерскую профессию? Потому что мне есть, что сказать людям. Но – как-то не получалось. Каждый раз, выходя на сцену, я чувствовал, что мой главный месседж – не долетает к зрителю. Роли, которые я получал, не позволяли его донести. И я прекрасно понимал, что Гамлета с моей внешностью не удастся сыграть.
В каждом спектакле есть два состава на случай, если основной исполнитель роли заболеет. И в один прекрасный момент, сидя на репетиции в театре и наблюдая, как репетирует первый состав (а я во втором), меня как будто молнией ударило. На третьем часу репетиций, меня вдруг осенило: мне 23 года, что я здесь делаю? На что я трачу свою жизнь?
Я понял, что нужно кардинально что-то менять. Встретился с одним другом, кино- и телепродюсером, и он сказал: «Зачем ты прозябаешь в театре? Тебе место на ТВ».
Когда меня пригласили на телевизионный кастинг, сразу понял: все, это мое, нужно идти и добиваться.

Mediasat: Они сами на Вас вышли или Вы отправляли информацию о себе, заявки на участие в кастинге?

Конечно, отправлял заявки. Я рассылал резюме, думал, как можно попасть на ТВ. Предполагал, что я должен сняться в каком-то сериале в главной роли, чтобы меня заметили на телеканале, затем познакомиться с продюсерами канала, которые являются заказчиками данного сериала… Эти попытки продолжались года полтора. В итоге меня пригласили на кастинг именно телеведущих. И я пошел на него, как на встречу с судьбой! И постепенно все само собой закрутилось, и я начал работать на ТВ постоянно.

Mediasat: Насколько сложно было входить в режим работы на ТВ?

Сложно, но… Вот в чем состоит счастье телевидения для меня лично, в отличие от актерской профессии? В том, что я говорю то, что хочу сказать. Особенно когда это прямые эфиры или утренние программы.
Мне сложно было понять, что здесь не нужно играть, нужно быть максимально искренним. Это – единственное, что нравится зрителю, и что в итоге дает рейтинги. Это – главный секрет. Нужно быть позитивным, добродушным, но это уже работа по настройке себя, своего аппарата. Улыбка бывает циничная в кадре, неискренняя, или глаза у ведущего пустые. Это плохо, ведь зрителя не обманешь. Поэтому нужна подготовка, нужно сознательно настроить себя на этот позитив, хорошее настроение.

Mediasat: Первые «прямые эфиры» чем запомнились?

Это было ужасно! Во-первых, это недосып страшный. Пока мы работали первые три месяца, я не мог уснуть. Мне нужно было ночью спать, так как в пять утра подъем, значит, нужно лечь спать в десять. В десять не получалось, потому что я готовился к эфиру. Ложился в 12 и еще часа 2-2,5 не мог уснуть.

Mediasat: А какие были форс-мажорные ситуации?

Некоторые особо именитые звезды не всегда могут прийти в прямой эфир, поэтому с ними приходилось записывать интервью накануне на отдельной локации. И однажды мы записывали интервью с Потапом и Настей Каменских. Потапу не понравился какой-то мой вопрос, и он обложил меня пятиэтажным матом. А это была вторая неделя моей работы! Я был в шоке. Это потом я научился отвечать «звездам» жестко и пресекать грубость. Когда у тебя уже есть опыт или какое-то имя, ты можешь сказать: «Так, теперь встаньте и выйдите. Звезд, которые хотят прийти на прямой эфир, достаточно. А теперь – рекламная пауза». Были и такие случаи.
Когда мы с Валерой Сараулой работали, говорили иногда: «Вот вы на нас сейчас наезжаете, вам программа и вопросы наши не нравятся. А нам вы не нравитесь. А еще многим зрителям вы не нравитесь. Ничего страшного. Давать интервью – тоже работа, поэтому давайте уважать друг друга и нормально работать».

Mediasat: Подобную «проверку на прочность», наверное, каждый новичок на телевидении или радио проходит.

Конечно. Нужно уметь отстаивать свою позицию. И, как только ты это делаешь, и зритель, и гость начинают тебя уважать. Никому не интересно смотреть на тряпку.

Mediasat: Как реагировали на критику о себе?

Сначала было больно читать, что пишут, потому что все говорили плохо. Но в первое время действительно все было плохо, я и сам это понимал. По этому поводу совершенно замечательно сказала мне режиссер Оксана Байрак: «Слава, обо мне знаешь что писали? Если бы я все это читала и всему верила, я должна была бы повеситься». И я понял, действительно: если пишут – все хорошо.

Mediasat: Комфортнее работать в студии или как сейчас – делать сюжеты?

Прямой эфир – моя страсть. Я здесь как рыба в воде!

Mediasat: То есть, больше нравится импровизация?

«Прямой эфир» – это не импровизация. Это серьезная подготовка. Все должно быть четко, грамотно, выверено. Больше импровизации в записи, потому что, если я что-то не так сымпровизирую, можно потом переписать. Мне больше нравится прямой эфир. Но жизнь такая, что нужно все пройти, учиться разным вещам и – всему свое время.

Mediasat: Как Вы готовитесь к эфиру?

Когда это утреннее шоу с большим количеством тем, то важно продумать, какая из них – наиболее важная, какая будет «красной нитью» идти через весь эфир. О чем ты хотел бы рассказать? Что такого случилось, что тебя взволновало? Если случились выборы, и мы избрали нового президента, то понятно, что к этой теме мы будем возвращаться в течение эфира. Или, например, помните, выпал аномальный снег в марте? Невозможно об этом не говорить. Или когда начался Майдан и случился разгон студентов. У нас развлекательное шоу, нужно шутить, а как? И мы тогда сделали один «молчаливый эфир». Весь эфир мы просидели с табличками «мы против», при этом не общались между собой, зачитывали только СМС- и Facebook-сообщения от зрителей. А на заднем фоне был огромный экран с трансляцией того, что происходило в тот момент на Майдане. Сообщений было нереально много. И рейтинг у этого эфира просто зашкаливал. Сначала, когда предложили эту идею, я сказал: «Вы с ума сошли? У нас утреннее шоу, нам нужно говорить с людьми, вовлекать их. Какой молчаливый эфир? Нас же все выключат!». Когда пришли рейтинги на следующий день, я обалдел. Они были рекордные. Это – момент искренности, то, о чем я говорил вначале. Люди поверили, что нам не все равно.
В этом и состоит подготовка – продумать, как подать информацию, как выразить отношение. Например, новости: их нужно отобрать и продумать, как мы их обсудим, в каком ключе. Готовимся к интервью с гостями, смотрим вопросы.
К счастью, мне всегда везло на редакторов. Ксюша Павлова, Вика Волошина, Алена Кучернюк, Таня Гончарова, а теперь Оля Артюшенко. В этом вопросе как будто Боженька и Ангел-хранитель помогают. Главный редактор – это важный человек, либо вы срабатываетесь, либо… Андрей Малахов не зря ведь написал о редакторах книгу «Мои любимые блондинки».
И, хоть вопросы писали замечательные редакторы, все равно нужно почитать, обдумать, это тоже требует внутренней подготовки.

Mediasat: Вы ведь вели еще и новостную программу?

Да, я еще и новости готовил сам. Я приезжал до начала эфира и готовился. Ведь недостаточно найти новость на каком-нибудь портале, скопировать и вставить в суфлер. Ее нужно еще «расписать», то есть добавить свою подачу темы, придумать подводку. Кроме того, у меня были не просто новости в классическом варианте, а с немного ироничной подачей.

Mediasat: Друг над другом подшучиваете?

Конечно. Были смешные случаи – еще до работы на «Украине». Мой коллега увлекся и что-то рассказывает. Уже ни мне, ни зрителям не интересно, а он все «вещает». Я повернулся так, чтобы в камеру не было видно, и ему скорчил рожу. Он в шоке, никто ничего не понимает, потому что видит все только он. А был случай, когда мне показалось, что моя соведущая запустила мне в голову фарфоровой тарелкой. На самом деле это была поролоновая сабля, но я-то не знал!

Mediasat: Как-то реагируете на критику со стороны зрителей? Если да, то что важно?

Когда работали с Сараулой, во всех эфирах мы просили зрителей нас не хвалить, а именно критиковать: «Дорогие зрители, пишите нам все: замечания, оскорбления, все плохое, что вы о нас думаете. Не надо, пожалуйста, нас хвалить и говорить, что вам нравится».

Mediasat: Почему решились на такой экстравагантный эксперимент?

Эту идею принесла, кстати, шеф-редактор Алена Кучернюк. Увидели пресс-конференцию Александра Роднянского и Федора Бондарчука по поводу фильма «Сталинград». Они брали замечания и с юмором обсуждали. Писали что-то вроде «Роднянский с Бондарчуком – два бездаря». Ответ: «Угу. Мы поняли. Особенно я бездарь после двух номинаций на «Оскар». Вы же более талантливые, друзья, вы же лучше сняли, вам виднее». Ведь такие нападки – кладезь с точки зрения того, что их можно интересно «отбивать». Иногда писали такие смешные вещи, что я прямо в эфире смеялся так, что у меня слезы катились.

Mediasat: Когда Вы снимаете очки и галстук-бабочку, Вас уже сложно узнать. Кто придумал такой образ?

Моя мама. Она же мне подсказала идею с галстуками-бабочками. Получилось так, что на свой первый кастинг я пришел в очках. Но, входя в кадр, их снял, потому что переживал, что в очках глаз не будет видно. Но Маша Ефросинина, которая лично проводила кастинг, настояла, чтобы я их одел, а потом дала понять, что очки – это будет моя «фишка». Конечно, поначалу стилист контролировал мой внешний вид, но постепенно выработался свой стиль. Я его называю «стильный ботан».

Mediasat: Мама – телевизионщик?

Нет. Вообще не из этой сферы. Сейчас стилисты работают и хорошо работают. Но за своим внешним видом в кадре я слежу лично, и это вся команда знает. Бабочки я сам себе, например, подбираю.

Mediasat: А сколько их у Вас уже?

Штук семьдесят.

Mediasat: Для них нужен, наверное, отдельный шкаф?

Они лежат в одном большом пакете.

Mediasat: А всегда есть возможность внести «правки» в собственный внешний вид, или бывают случаи, когда Вам говорят: «Нет, сегодня Вы будете выглядеть именно так и без вариантов»?

В кино часто именно так и говорят. А на телевидении – нет, и мне это нравится. Может быть, пока мне в этом вопросе просто доверяют.

Mediasat: То, что Вы делаете на телеканале «Украина» отличается от всего, что было раньше. Насколько Вам интересно делать сюжеты на «бытовые» темы? Например, не так давно Вы разыгрывали людей на парковке …

Ну что значит разыгрывал? Вот именно, что это – не розыгрыш, это – провокация! Проверка, готовы ли люди защищать себя. Мы с Сережей Озерянским придумали рубрику. Сначала я отреагировал даже негативно: «Ну, это будет а-ля программа «Розыгрыш». А он мне говорит: «Нет, это будет социальная провокация». У данной рубрики благая миссия: мы не учим, как жить. Все и так прекрасно знают, как правильно, как неправильно. Мы – проучиваем. Чувствуете разницу?
Нам говорят: «Это так жестоко! Вы издеваетесь над людьми! Доводите их до белого каления!».
Ок! Давайте представим, что вы носите свой кошелек в заднем кармане брюк, на виду. Вот я вам говорю: «Спрячь свой кошелек, у тебя его все равно вытащат!». Вы будете его прятать? Конечно, нет. Даже если я вам пять раз это повторю. А вот если я у вас вытащу этот кошелек втихаря, а потом разыграю комедию: «Ой! Какой ужас! Украли!». И только дома, через пару часов его отдам. Это будет более эффективно, чем повторять то, что человек не хочет слышать? Если бы мы просто говорили: вот так делать нельзя! Зритель бы переключал канал.

Mediasat: Как Вы пришли работать на канал «Украина»?

Мне поступило предложение работать на телеканале «Украина». Я подумал, посоветовался, и перешел. И мне здесь нравится. У нас замечательная команда, меня любят и ценят. Единственное, что кажется «маловатым» и непривычным, что раньше я вел целые программы, а теперь у меня – рубрики.

Mediasat: Хотелось бы сделать свою программу?

Да, мне кажется, что я созрел для этого. И идеи есть. Недавно я был в Польше и увидел там классную идею программы, которую легко можно реализовать у нас. Главное – понимать – как, а польские коллеги мне подробно объяснили технологию. Это – намек руководству! (смеется)

Mediasat: Какие впечатления от польского телевидения в целом?

Они более вдумчивые, осторожные. И у них больше развито информационное, а не развлекательное, как у нас, вещание. Больше содержания, тогда как у нас – шоу, все гремит, блестит и пляшет. Причем информационные программы там просто великолепные! Это не плохо и не хорошо, что мы разные, это просто особенность.

Mediasat: Насколько Вам комфортна роль провокатора? Я видела, что в одном случае чуть ли не до драки дело дошло.

На самом деле, не очень комфортно. Это, знаете, как идти к зубному врачу. Ты идешь и наперед знаешь, что будет больно. И вот тут я иду и знаю, что буду делать людям плохо. Каждую провокацию я «облачаю» на себя какой-то образ. Например, как-то я был бомжом. И дальше это уже не я, а какой-то другой человек. Тогда меня все это меньше цепляет. Но не всегда получается отстраниться, и иногда я вступаю с людьми в открытый, настоящий конфликт. Они также по-настоящему отвечают мне и реально в этот момент ненавидят.
И каждый раз меня «пробивает». Каждый раз – тяжело и больно, меня всего трясет. Каждый раз это – живая человеческая история. Один раз во время съемок сюжета на меня напал мужик, который, как потом оказалось, чемпион по греко-римской борьбе. Я его пытался обмануть, и он, отстаивая свои права, напал на меня и просто скрутил.

Mediasat: Сюжеты снимаете ежедневно?

Нет, два раза в неделю. Правда, не знаю, как будем работать сейчас, я так «перестарался» во время предыдущей съемки на улице, что голос сорвал.

Mediasat: Как снимаете стресс?

Отдыхаю, на массаж хожу, с друзьями встречаюсь. Для меня самая большая радость в жизни – это друзья. Мой лучший друг – Алексей Суханов (ведущий программы «Говорит Украина»): с ним нам весело в любой ситуации, кроме того он очень много советует по профессии, для меня это очень ценно и важно.

Mediasat: Кто придумывает темы провокаций?

Команда «Утра с Украиной». Мы придумываем какие-то детали, а также как все снять, чтобы не было видно камер.

Mediasat: Кстати, а где камеры прячете?

Одна – в машине. Вторая – в папке с документами у режиссера Сережи Озерянского. И еще один оператор прячется, например, за деревом.

Mediasat: Как люди реагируют, когда понимают, что все в порядке, а это была провокация?

Кто-то начинает смеяться, кто-то успокаивается, кто-то – покрывает матом.
Была ситуация, когда мы снимали сюжет в троллейбусе, и я был в роли контролера. Причем таким контролером – взрывчаткой. Я ловлю парня и начинаю с его мамой разговаривать на повышенных тонах. А она спокойно говорит: «Можно я вам кое-что на ушко скажу? Мы сегодня приехали из Луганской области, у нас дом разбомбили». И вот как дальше продолжать? В этом момент колени стынут. Но я не имею права остановиться и сказать: «Стоп, ребята, мы это не снимаем». И было очень тяжело, потому что эту историю я пропустил через себя. Мне потом было трудно прийти в себя.
Но бывают и веселые истории и ситуации. У нас ведь люди открытые, эмоциональные. И зрителям нравится смотреть, как другие, попадая впросак, проявляют себя с неожиданной стороны, причем ярко, эмоционально.

Mediasat: Вы – открытый человек? Не смущает, что во время программ открываются какие-то личные вещи? Говорятся, вырываются, показываются?

Ну что может быть закрытой темой? Личная жизнь? Но здесь мне не о чем говорить, потому что ее у меня практически нет, я знакомлюсь с девушками в основном за рубежом, так уж получается. Есть работа. В принципе я открытый человек, но постепенно появляется все больше людей, которым от тебя что-то надо. Причем я это сразу по глазам человека вижу, что он со мной общается не просто так. И это притом, что я определенным образом известен, но я не «звезда».
Просто иногда обидно бывает. Я мечтал о телевидении, тяжело к этому шел, у меня не сразу получалось, я пахал, спал по три часа в сутки, карабкался вверх… Но обидно, когда люди подходят и  спрашивают, мол, о, ты же на ТВ работаешь – а как туда попасть?  Будто достаточно просто приехать в офис телеканала – и сразу же станешь известным журналистом. На такие вопросы я могу отвечать резко, и меня могут считать нехорошим человеком, но для меня моя любимая работа – святыня, потому что я знаю, какой тяжелый труд вкладывается в работу на ТВ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Наталия Тютюненко
Более 20 лет опыта работы в журналистике и PR. Работала журналистом делового еженедельника «Коммерсант-Деньги», обозревателем журнала «Секрет Фирмы», обозревателем «Бизнес-журнала», руководителем отдела «Финансы и банки» журнала «РБК». В 2011 году получила премию PRESS-звание за лучшую статью о проблемах малого и среднего бизнеса в России. Обладает опытом работы в области связей с общественностью: была советником по связям с общественностью Городского Ипотечного Банка, пресс-серетарем Незаивисмой ассоциации телерадиовещателей Украины, пресс-секретарем компаний «Мостелефильм», «Киевтелефильм» и др.