ПОДЕЛИТЬСЯ

Израиль – страна небольшая, но очень особенная, выдающаяся. История израильского телевидения не менее необычна. Телевидение в Израиле появилось позже, чем в других странах, большинство каналов здесь принадлежит государству, а зритель предпочитает субтитры дубляжу… Есть еще множество других особенностей. Желая узнать о них побольше, Mediasat пообщался с человеком, который стоял у истоков израильского телевидения, и был одним из создателей  телевидения и радио в стране. Амос Эттингер — продюсер и ведущий одного из самых долгоиграющих шоу на израильском телевидении  — «Хаим ШеКа’эле» («Жизнь, как она есть»), журналист, автор более 500 песен, писатель – его книги (которых более 20) были переведены на английский и русский языки. Амос до сих пор сочиняет песни, вместе со своей прекрасной женой Еленой, которая родом из Украины,  проводит концерты, ведёт специальные частные выпуски программы «Жизнь, как она есть», и пишет биографии. Он был свидетелем рождения Государства Израиль в 1948 году, участвовал в 5 войнах, а также принимал в рамках своего шоу израильских и мировых политиков и других замечательных гостей. Неудивительно, что опубликованное интервью — это лишь небольшая часть нашей с ним беседы.

4— Когда же в Израиле появилось телевидение?

На протяжении долгого времени в Израиле не было телевидения. Первый премьер-министр Израиля, Давид Бен-Гурион, был против. Он считал, что телевидение не несёт в себе образовательной функции. И был убеждён, что просмотр телепрограмм будет отвлекать людей от чтения книг или работы по дому. Лишь следующий премьер-министр Израиля, Леви Эшколь, запустил в стране телевидение в 1966 году.

— Вы живёте на улице Леви Эшколя. Именно поэтому?

Возможно (смеётся).

В начале своего существования израильское телевидение не было особо развлекательным. Даже те программы, которые считались лёгкими, выходили достаточно серьезными. Мы сняли много качественных документальных фильмов. Мы начали с запуска Образовательного канала, большая часть эфирного времени которого была посвящена школьным урокам. Этот канал существует и по сей день.

Затем был запущен Первый телеканал. Он никогда не был коммерческим, это государственный канал. Зритель платит за него, треть своего дохода канал получает за счёт этих платежей. Даже если вы смотрите другие каналы – это не играет никакой роли: если у вас дома есть телевизор, вы обязаны платить за Первый канал.

— Сколько было радиостанций?

Две. Военное радио и Израильское радио. Сегодня у нас где-то 40-50 станций, каждый город имеет свою.

— Была ли возможность смотреть телеканалы из США и Европы?

Вначале не было ничего, кроме Иорданского телевидения. Затем Израиль начал покупать права на трансляцию каналов и программ, делать для них субтитры на иврите. Субтитры и сегодня достаточно популярны в Израиле. Со временем израильтяне получили возможность выбирать из 60-70 телеканалов. Сегодня при наличии спутниковой антенны от Yes (единственный провайдер спутникового телевидения в Израиле — Mediasat) можно смотреть несколько сотен.

— Была ли реклама в эфире Первого канала? Или же он существовал исключительно за счёт государственного финансирования?

Нет, не было никакой рекламы, лишь спонсорство – и это указывалось в описании программы: «Выходит при поддержке…». Вот когда был запущен Второй канал, тогда и появилась реклама. Они начали зарабатывать деньги на своих программах, в частности – на развлекательных. Первый канал, желая конкурировать со Вторым, немного изменился. Но прибыль Второго канала выше. Кстати, на израильском радио реклама также появилась далеко не сразу.

— Когда мы говорим о государственном телевидении, то всегда возникают вопросы о цензуре и пропаганде. Есть ли это в Израиле?

Я так не думаю. Конечно, возникали споры между политиками и журналистами, но это случалось не так уж часто. Иногда политики, впрочем, вмешивались в медиа. В частности, Бен-Гурион это делал относительно радио.

— А что это за история с блокированием цветного ТВ сигнала?

Телевидение в Израиле долго было исключительно чёрно-белым. Правительство хотело, чтобы население страны экономило деньги, не тратя их на покупку цветных телевизоров. Цветные программы, передававшиеся из Иордании и других стран, трансформировались в чёрно-белые. Впрочем, некоторые люди применяли различные хитрости или использовали специальные устройства, позволяющие обойти блокировку. Препятствовали развитию телевидения в Израиле также религиозные жители этой страны, изначально выступавшие против работы телевидения вечером в пятницу и по субботам (т. е., в шаббат — Mediasat). В итоге один из продюсеров обратился в суд и при помощи юристов добился для израильского телевидения права вещать по пятницам и субботам.

— Расскажите, пожалуйста, о Вашем известном телешоу «Жизнь, как она есть».

Сегодня многие страны покупают израильские программы. А раньше мы сами покупали зарубежные форматы. Я делал телешоу «Жизнь, как она есть» на протяжении более 30 лет. Изначально это был американский формат, который затем прижился в Англии. Программа существовала более 60 лет. Я сотрудничал с ними и оказывал помощь, когда им требовались гости из Израиля или они снимали программу об Израиле. Одним из таких гостей был Видаль Сассон, принимавший участие в Войне за независимость 1948 года. Он служил добровольцем в ПАЛЬМАХе (элитные боевые бригады Хаганы – подпольной армии Ишува, еврейской общины подмандатной Британской Палестины – Mediasat).

Я впервые увидел шоу «Это ваша жизнь» (“This is your life”) в Англии, на канале NBC, когда я едва окончил среднюю школу. Программу вёл Имонн Эндрюз. Я тогда подумал: «Это именно то, что я бы сам хотел  делать!». Однако в те времена в Израиле ещё не было телевидения, да и я тогда собирался стать актёром. Я увидел эту программу случайно, и она запала мне в душу. После демобилизации из армии в 1959 году я устроился на радио и запустил там новые программы. Это была передача «Жизнь, как она есть», и, кстати, в самом начале мне не разрешали её делать. Я пришёл на Военное радио и был очень счастлив, когда в эфир вышел первый выпуск программы. Она имела огромный успех и обрела популярность. Также на радио я готовил документальные и развлекательные программы. Я писал песни и стихи, меня приглашали в различные передачи читать юморески и фельетоны. Я много чего сделал для радио. А в 1969 году, после 10 лет работы на радио, я перешёл на телевидение.

Программа «Жизнь, как она есть» впервые вышла на телеэкраны в Израиле в 1970 году. Всё было так же, как и на радио: поначалу на телевидении не хотели, чтобы я делал эту программу, но вскоре изменили своё мнение. Если сравнивать шоу с британским или американским аналогом, здесь меньше сюрпризов, поскольку Израиль маленькая страна, и люди знают друг друга лучше, но иногда сюрпризы всё же случаются. Структура программы была следующая: одна история об одном человеке, три часа в эфире, две части. Гостями шоу в разное время были люди, ставшие частью израильской истории: Хаим Вейцман, Голда Меир, Ицхак Навон, Шимон Перес, Ицхак Рабин. Я никогда не делал программу о действующих членах правительства или депутатах парламента – лишь о тех, чья каденция закончилась. Я не хотел быть под давлением политиков.

2Я знаю эту страну и её людей, я знаю, кто может быть интересным рассказчиком. Иногда можно пригласить человека, а он говорит лишь «Да» и «Нет», поэтому я старался познакомиться с будущими гостями заранее. Люди предлагали кандидатуры, я собирал материалы. Также иногда приглашались гости из-за рубежа.

— Какие выпуски Вам наиболее запомнились?

Когда меня спрашивают о том, какая из программ была самой лучшей, я всегда отвечаю: «Последняя». Потому, что это выпуск, над которым я работал совсем недавно.

Я могу вспомнить интересную программу с участием Натана Шаранского, в которой он рассказывал о долгих годах, проведённых в тюрьме – годах, когда он боролся за право соблюдать еврейские традиции. Я не хотел лезть в политику, меня интересовала лишь его личная история. Я получил некоторые материалы из архива КГБ. Шаранского обвинили в шпионаже в пользу США и Израиля и посадили за решётку на 9 лет. Затем его обменяли на нескольких русских шпионов.

Программа обычно выходит на иврите, но в случае, когда в ней участвуют гости из-за рубежа, например, Киссенджер, гость говорит на английском языке. Я по-прежнему готовлю специальные выпуски программы «Жизнь, как она есть» для частных лиц, но не для телевидения.

— Что Вы ещё делали для телевидения?

Я снимал много документальных фильмов – в Израиле и за границей. Я делал программы для National Geographic – о древнем городе Мачу-Пикчу в Перу, о Шетландских и Оркнейских островах на севере Великобритании, об Испании. Я делал программу о баскетболе в США. Когда команда Washington Bullets выиграла чемпионат, хозяин пригласил их в поездку по Израилю, и я снимал для CBS программу об их поездке. Канада, Великобритания и другие страны покупали мои документальные фильмы, посвящённые событиям в Израиле.

3— Приходилось ли Вам как журналисту освещать военные действия?

Разумеется, я принимал участие в пяти войнах. В первой из них – в 1956 году – я воевал как солдат. Затем был корреспондентом. Если вы хотите сделать хороший материал, вам необходимо быть в первых рядах. Это не было таким уж приятным временем, должен вам сказать честно. Во время Войны Судного дня (1973 – Mediasat) я попал на передовую благодаря дружбе с командиром бригады – когда я был простым солдатом, мы с ним вместе служили. Тогда он мне говорил, что он не останется на военной службе ни одного лишнего дня, он хотел стать инженером. А я сказал ему, что мечтаю стать актёром. Прошли годы, и оказалось, что ни я, ни он не достигли своей мечты. Я нахожусь на сцене, так или иначе, но я не актёр. А он стал генералом и командующим бронетанковыми войсками.

— Как осуществлялся контроль за сохранностью секретной информации? Наверняка Вам не разрешали озвучивать абсолютно всё, дабы не раскрыть военную тайну?

Журналистам разрешали доступ на передовую, но подготовленные ими материалы передавались в специальный комитет по цензуре, который вычёркивал всё то, что нежелательно было озвучивать.

— А что лично Вы любите смотреть по телевизору?

Я смотрю спортивные программы, новости, интересные документальные фильмы. Однако меня нельзя назвать фанатом телевидения.

 

Интервью с Александром Писчанкером об израильском ТВ рынке можно прочитать здесь.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Openbox A5
Openbox A5
Openbox A5
  • Роман

    Очень впечатлило, что в тексте не обнаружил ошибок!

    • Vitaly Moseychuk

      А они там есть, вы присмотритесь получше 🙂

    • у меня в институте у отличницы всегда были ошибки в конспектах. на скорость не влияло. А что, у нас тут граммарнаци, а не почитатели качественного чтива о ТВ ?

    • Роман

      Уважаемые Vitaly Moseychuk и Alex Gluschenko, я с интересом читал именно «содержание», «смысл», не присматриваясь к ошибкам и действительно впечатлило, что они, ошибки не выделялись в тексте. Ведь это не «конспект», не личный текст, написано для читателя и чувствуется отличительная особеннось автора- уважение к читателю…

      • так были ошибки или не было… ??
        А то мы с Виталиком не поймем делать их или сделать и исправить