ПОДЕЛИТЬСЯ
3S.TV логоКаждый думающий гражданин Украины знает о телеканале Савика Шустера и хоть раз да смотрел его пятничное шоу. Какая судьба ждет «первый неолигархический» телеканал в Украине, живущий на взносы телезрителей 3S.TV? Продолжит ли он работу в привычном формате? Что бы получить ответы на вопросы, интересующие зрителей, мы встретились с генеральным директором телеканала Павлом Елизаровым. Поговорить получилось не только о 3S.TV, но и о ТВ в Украине как бизнесе.

Возможно ли ТВ как бизнес в Украине?

Невозможно, мы предприняли попытку это продемонстрировать. Когда ты заведомо понимаешь, что ТВ не может быть бизнесом, то нельзя потом такую попытку называть неудавшимся бизнес-проектом. Может ли человек прожить без скафандра 5 дней на Луне? Вот примерно такой же ответ на вопрос, возможно ли ТВ как бизнес в Украине.

В данных законодательных условиях это невозможно, потому что ТВ – дотационное, потому что в большие каналы докладывают денег от 70 до 100 миллионов долларов в год владельцы этих телеканалов. Можно ли продавать чашку, из которой вы пьете, вкладывая в ее производство и другие расходы, когда рядом будут продавать такую же чашку за 50% стоимости? Есть ли еще в Украине дотационный бизнес? Сельское хозяйство доходное, металлургия доходная, энергетика вся доходная, строительство, аптеки, стоматологи, почему же только ТВ у нас расходное?

Наверное, потому что ТВ у нас является политическим инструментом?

Мы как общество – это знаем и понимаем, но закрываем на это глаза.

Почему нельзя принять закон, запрещающий субсидировать телеканалы? Отличная практика – инвестиции в телеканалы, занимающиеся танцами и песнями. Но если в сетке вещания есть информационные блоки, то докладывать нельзя.

У нас, как у продакшна – проблем нет. Шустер LIVE – это лидер прайма даже на нашем канале с маленьким покрытием. Как продакшн – мы можем прийти на любой канал, продать свой продукт, то есть работать по рыночным правилам. Как продакшн – мы можем зарабатывать деньги и платить зарплаты своим сотрудникам.

_ROS7825

В Украине есть рыночные каналы?

Каналы являются обеспечением бизнеса, соответственно владельцы каналов – не свободные люди, они преследуют свои бизнес-интересы и играют с властью. Потом власть, решая их бизнес-интересы и проблемы, просит о незначительной услуге. В общем-то – это не такая уж большая потеря (если сравнить с потерями от металла, земли или строительства). Говорят «ну окей, давайте не будем этого делать». Никто ж не заставляет собственника канала взять ту или иную программу или не взять. Вот нас не берут, например. Не потому что это не выгодно с рыночной точки зрения. Выгодно. – Это если говорить о том, что звучат громкие заявления о том, что сейчас с демократией и свободой слова все «замечательно» стало.

Есть же теперь Громадское, еще какие-то ресурсы, куча партий. Но все очень просто: до тех пор пока ты маленький и у тебя нет влияния на массы, и пока тебя никто не смотрит, можешь делать все что хочешь – ругаться, плеваться, рассказывать правду. Полный волюнтаризм действий и свобода слова. А когда у тебя аудитория 8 миллионов и на следующий день все обсуждают – другая история. Рейтинг «Шустер LIVE пятница» с учетом повторов – 5,2, а это – серьезное влияние на общество, потому что нас смотрят те, кто принимают решения в стране, и те, кто голосуют на выборах «головой». В интернете в основном те, кто принимают решения.

Так что же делать? Попробовали сделать из ТВ бизнес – не вышло, нет здесь бизнеса. Дальше что?

25 лет в Украине не было медийного бизнеса. Общество должно, наверное, начинать созревать – вот мы об этом говорим и показываем на своем примере. Мы создали модель, которая теоретически может работать, люди это понимают – они готовы заплатить 100 гривен за карточку (клубная карточка 3S.TV – примеч. редакции). Когда образуется 4 миллиона со 100 гривнами – это 400 миллионов гривен, это канал может спокойно 2-3 года существовать и не зависеть ни от кого. Но кому-то лень 100 гривен отправить, кто-то послушает – скажет «Там Юлия Владимировна деньги дает» или «Саакашвили влил под выборы», или еще какую выдумку придумает либо утку запустит, а потом канал закрылся, и думают «Как же так? Оказывается, не давала». Та модель, которую мы предлагали, подразумевала, что человек заплатив 100 гривен, может обеспечить независимое финансирование канала.

Это была попытка создать аналог общественного ТВ как в Англии, как в Германии?

Да. Только мы предложили другой механизм – возможность стать акционером канала. Мы выставили на продажу 49% акций, пригласили средний бизнес поучаствовать в жизни канала. Для этого нужно 100 бизнесменов, каждый из которых становится акционером. Создаем потом Наблюдательный Совет и работаем над законодательными механизмами, чтобы ТВ не было дотационным.

Но это неравная борьба – большие каналы с олигархами, заводами, пароходами, партиями и фракциями – и маленький канал, который говорит, сейчас мы соберемся с силами и протащим через Раду закон, чтобы во все, что с новостями нельзя было докладывать. Как минимум они чувствуют угрозу…

Pavel Elizarov Portrait / Павел Елизаров портрет

С точки зрения ТВ – мы реальный конкурент за зрителя. У нас по вечерам с 20 до 23 идут передачи собственного производства – экономисты, блогеры, активисты, эксперты – они все по рейтингу выше, чем 112 и News One. Факт – у нас сейчас просаживается дневная часть, идут повторы, но если мы заполним открытыми студиями и эфирами, то, конечно же, мы выйдем на 7-ую позицию по рейтингам. А это уже совсем другой разговор и конкуренция. И это в периоды между выборами.

Когда начинается предвыборная гонка, картинка меняется. Партии, приближающиеся к 5-ти процентному барьеру – становятся угрозой – и им нужно либо договориться с властью, либо их перестанут показывать. Такая же ситуация и с ТВ, где эти партии, с влиянием на «коалицию» вещают.

Готовы ли бизнесмены, общество платить за телевидение?

Наша особенность в том, что мы не предлагаем развлекательный контент. У нас территория свободы – это, в общем-то, безопасность нации, это новая общность, то, чего народ сейчас еще не понимает. Я думаю, через 3-4 года люди придут к этому, и будут понимать, что если ты хочешь прозрачную партию, то нужно эту партию оплачивать из собственного кошелька, а не наоборот, на выборах взять с этой партии 200 грн, паек с гречкой либо еще какие блага. Не может партия, которая дала 200 гривен, потом защищать твои интересы, это морально неправильно. У нас в голове все перевернуто, у нас через три дня после выборов рейтинг недоверия к Парламенту уже чуть ли не 50% – вчера еще выбрали, а сегодня уже не доверяют.

Возможно проблема в электорате? В том, что голосуют за тех, кого чаще по телевизору показывают?

Телевидение – оно ведь разное бывает. Discovery, Animal Planet, National Geographic – это хорошее качественное ТВ, так же есть хорошие качественные проекты и у СТБ и у 1+1 – за них тоже нужно платить, как за фильмы. А мы говорим об информационных, о тех, кто формирует сознание нации. Мы создаем модель, о которой возможно люди не задумывались, мы пытаемся «подсветить» определенные обстоятельства, на которые люди должны обратить внимание, а обратив внимание, они задумаются. Пройдет время, сознание подтолкнет к шагу сделать выбор. Они должны понять, что 25 лет в этой стране существует дотационное телевидение, 25 лет назад раздали государственные активы определенным людям, которые впоследствии стали защищать эти активы с помощью масс-медиа.

Каждый журналист, находящийся в профессии, понимает, что журналистика не рыночная, и мы можем сколько угодно дискутировать, но я обращаюсь к коллегам с предложением, как бы нам сделать так, чтобы мы зарабатывали наши деньги по рыночному? Если ваше издание, другие, наш канал и все остальные будут работать по рыночному, все станет просто. Если владелец СМИ придет к журналисту и предложит что-то сделать, не соответствующие кодексу журналистики, и журналист отказался, потому что это неправильно, его уволили.

Мы, например не берем на работу ведущих, которые читают с суфлера, у нас ведущие – лидеры общественного мнения. Поэтому наш канал – непродаваемый Я с трудом представляю, что придет кто-то, кто будет говорить, например, Роману Шрайку, что сегодня хвалим этого персонажа, а ругаем другого. Наши ведущие не пойдут на это. Я не представляю, что например, Борис Давиденко вдруг начнет хорошо или плохо писать по чьему-то желанию, или Герус или Милованов начнут делать что-то несвойственное для себя. У нас на канале таких людей нет.

Pavel-Elizarov

Мы можем дискутировать – у меня своя позиция, у них своя, мы можем обсуждать и иметь свои отношения, но я не могу им сказать «ты скажешь так», – ведь это их репутация 3S.TV – аналитический канал, здесь люди дискутируют. И когда мне звонят те, о ком сказали «не так» и просят приструнить, я говорю, что не могу этого сделать, потому что у меня нет такого влияния на людей, я даю им площадку, где они высказывают свое мнение. Но если я увижу, что кто-то из них начнет «джинсовать» и продвигать конспирологические вещи в пользу кого-то, то тогда придется, конечно, прощаться.

Но если люди верят в то, что они говорят, если они аргументируют свою позицию, – это очень правильно, то такой канал может быть, это будет канал будущего. У страны должен быть такой канал, который содержали бы люди – не за дорого, за 100 гривен, например. Взамен они получают аналитику, имеют возможность разобраться в том, что им интересно. Если это международные вопросы, есть «Карта мира» например, там Мацарский с Яковиной подробно объясняют что с Сирией, зачем с Сирией, что же на самом деле произошло с резолюцией по Израилю – у нас ведь нет времени прочесть всю международною прессу, чтобы понять. А они это сделают, это их работа.

Жизнь в чужом информационном пространстве, навязываемом кем-то – это реальность?

Мы вообще движемся по пути России! Продвинутые образованные россияне верили в истории про бандеровцев, сначала мы ругались со своими родственниками, потом перестали говорить – это было в первый год. Ведь невозможно поломать ту картинку, которую им навязывают, и я понимаю это, они живут в этом потоке, их нельзя в этом обвинять.

Проблема Украины в том, что мы начинаем создавать такой поток, и каждый хочет просто выжить: «мне же нужен кусок хлеба, вот я напишу такую-то статью».

Вот, живой пример, у нас показали сюжет про Рожкову, я после этого специально пару дней мониторил СМИ – ноль, тишина. В любой стране мира, если бы зампред центрального банка, которая сначала про российский банк артикулирует на видео, потом про обнал, потом свой банк курирует – это сразу было бы отстранение от работы, расследование, и потом либо в тюрьму, либо оправдание. У нас же просто тишина, никто не подхватил этот вопрос. Все ко всему привыкли. Всем наплевать на то, что им не интересно либо они не разбираются.

Учитывая, что 80% обвинений звучавших в эфирах – не голословны, когда есть записи, документы. Обществу нужно объяснять и разъяснять то, что для них жизненно важно, но у людей нет ни времени, ни желания в этом разбираться.

Проблема Украины – у нас нет публичных слушаний. Когда, например, идут изменения в Конституцию, которые нас как граждан лишают очень многих прав. У нас прошли эти изменения, проголосовало более 300 депутатов в конце 2016 года. Мало того, иногда некоторые депутаты даже потом не могут ответить, голосовали они за или против. Просто не помнят, потом в интернете проверяют. Это уровень нашего отношения. В любой другой стране такие случаи как с Рожковой, с Онищенко привели бы к каким-то более серьезным последствиям, как в Корее например. У нас же интересно кто кому морду набил на эфире. Потом начинается информ-атака о том, что у Шустера все не так, что проплатили эфир, и все думают «а, раз проплатили, то ладно». Но независимо от политических шоу, там ведь все равно голос Рожковой! Я уже пять лет об этом говорю – вот вы все эти годы обсуждаете продажу мест у Шустера, так купите! Купите и попадите в эфир, и я вам верну в два раза больше!

Не секрет, что простых граждан интересует миф «почем места у Шустера»?

Сколько существует передача, столько существует миф о продаже мест и попадании в эфир тех, кто был в гостях. И летят заголовки типа «Шахов купил место у Шустера за 50 тысяч евро», и никто ж не посмотрит, что Шахову дали слово далеко за полночь, потом его прервали и он, по сути, просидел молча три с половиной часа. Но кого это волнует?! Главное – посыл! Я слабо представляю, как можно дать 50 тысяч за то, чтоб тебе дали пару секунд. А заголовки летят…

Вот недавно в СМИ написали, что Шустер остается и продолжает работать. А мы всего лишь дали программу передач на январь, где будут крутиться повторы. Спутниковый оператор нам сократил плату до символической в надежде, что мы продолжим работать и останемся их клиентом. Кабельные операторы нам сделали ставку ноль за распространение, у них там свои глобальные войны с медиагруппами, им не до нас, плюс они понимают, что по нам особенно не разгуляешься и много на нас не заработаешь.

Как попасть гостем в студию, чтобы выступить на программе?

Наша редакция постоянно мониторит экспертов по той или иной тематике, у кого какая позиция. Когда определена тема для обсуждения, нам нужно пригласить людей с максимально разными точками зрения чтобы полностью раскрыть тему.

Савик Шустер

А напроситься как-то можно?

Вы можете обратиться в редакцию, сказать что вы эксперт, редакция внесет информацию о вас, потом гостевой редактор посмотрит как вы пишете и говорите, свяжется с вами, если вы емко формулируете мысли, и тема подходит – вас пригласят.

То есть главный миф о том, что сюда попасть очень сложно – все-таки миф?

Нужно понимать, что вы хотите сказать и на какую тему, и если вы хорошо формулируете, конечно же вы попадете. Как появился Длигач например? Он правильно и доступно формулирует на тему экономики, у него нет никакого спонсора. У Виталия Шабунина явные проявления на телевидении начались именно у нас. Это люди, которые сделали себя сами и они правильные для нас, потому что способны донести до людей смыслы. Хоть мы и сами все это понимаем, но не может же Савик везде выступать и говорить.

Роль медиа в становлении общества огромна. Богатство общества идет не от желудка, а от мозгов. Если есть понимание кто мы, что мы и куда мы идем, то тогда будем и сыты, и одеты, и защищены. А если мы будем действовать по принципу собаки Павлова, то и жить будем как собака Павлова. Если бизнес перестанет бояться власти, мы как канал сможем прозрачно следовать своей миссии, делать качественные продукты и приглашать нормальных людей. Не будет сказок о том, что Юлия Владимировна дала четыре миллиона, Саакашвили дает еще три. Чтобы мы могли прийти к бизнесу и сказать, давайте показывать новые лица, такие как Добродомов, Шабунин, Сакварелидзе, Касько, Длигач, я могу много перечислить. Их станет больше, люди их будут понимать, они смогут сформировать в парламенте здоровое ядро, которое не будет нам напоминать «Відродження».

Какая сумма необходимо для существования и полноценной работы телеканала? НА что ориентироваться инвесторам?

Если мы ориентируемся на телеканал по типу 112, который круглые сутки в эфире, у которого включения из разных мест, корреспонденты, машины, то это около 1 миллиона долларов в месяц. Мы это сможем сделать не хуже, у нас есть ряд аналитических программ, и Шустер LIVE как ключевая программа. Аналог News One – это ориентировочно 600-700 тысяч, у них меньше корреспондентов на включениях, соответственно они менее оперативны. Для одного человека сумма в 1млн. в месяц – много, для бизнеса в 100-120 компаний – это не так уж и много на самом деле. Но у бизнеса другая проблема, он боится власти, они понимают, что если они зайдут к нам как акционеры, у них могут начаться проверки. И конечно человек сидит и думает, надо ли оно мне? Сегодня худо-бедно бизнес работает, а завтра к нему придут «маски-шоу» и все опечатают. Мы все это пережили с обысками, с проверками, это очень неприятно, при этом мы могли публично рассказывать о происходящем. И все равно мы получили штраф в 13 миллионов, мы получили лишение Савика разрешения на работу.

Мы не хотим заполучить одного крупного акционера, мы хотим 20-30, тогда у нас будет техническая возможность освещать подобные случаи, если у них такое будет происходить. Наша аудитория – компании, которые хотят по-человечески жить, которые за честный и прозрачный рынок, за открытость во всем, которые не хотят, чтобы аренду ОПЗ подписывали 28-го декабря ночью задним числом.

Человек, который покупает нашу клубную карточку, имеет свой кабинет, он может голосовать во время эфира, постоянно есть бегущая строка, где указаны три способа оплаты.

Но у человека есть же особенность – он видит то, что он знает. Когда общество дозревает – оно видит эту бегущую строку. И мы сделали все возможное, чтобы это было просто – можно купить карту через терминалы, через интернет. Когда мы только запускали оплату через интернет, я хотел купить карточку №1 для себя, а пока спустился к терминалу, купил уже под №6. То есть люди, которые смотрели эфир – купили карты, обогнав за пару минут меня, человека который знал о запуске и самой короткой возможности оплатить. Из этих пяти человек был один сотрудник – а все остальные просто посторонние люди, мы потом их пригласили на встречу, познакомились, беседовали, общались. Мы продали 20200 карт, средний чек 250 гривен, больше чем на 5 миллионов всего. По количеству подписчиков для Украины это большая цифра (для сравнения у Дождя 80 тысяч подписчиков), поэтому с этой точки зрения это хороший результат. Но с точки зрения содержания канала это – отрицательный результат, потому что должно было быть 4 миллиона членов клуба. Если от 4 до 8 миллионов потратят по 100 гривен, ведь ядро зрителей Савика – 8 миллионов.

Схема взаимодействия олигархов и власти передается по наследству уже 25 лет и собирается продолжать передаваться, чтобы глушить эту страну. Конечно же, если общество дозрело до того, чтобы создать новую общность, новую консолидацию за 100 гривен, то это огромный удар со стороны независимой информации. Представьте, как закрыть такой телеканал, когда есть 4 миллиона людей с карточками? Вот, например, в Швейцарии был профицит бюджета (лишние деньги), у них провели референдум, и правительство задало вопрос «хотите ли вы, чтоб мы раздали эти деньги гражданам по 400 франков, или пустить их на развитие инфраструктуры государства?» и они проголосовали за инфраструктуру. А как бы проголосовали у нас? Поэтому, когда мы говорим о наших проблемах, нельзя утверждать что это все внешнее, а мы – идеальные. И политики любят сказать «ми пишаємось», «тільки ви». Один раз у нас в эфире Тука рассказывал свою точку зрения о том, почему мы так плохо живем, так у него градусник с 90% упал до 40%, причем 40% – это отличный результат, ведь это значит, что 40% понимают, что они тоже виноваты. Если эти 40% будут понимать, то он остальных подтянут.

Мое мнение, как зрителя: включаю передачу одну пятницу, вторую, третью и остается у меня легкое послевкусие о переливании из пустого в порожнее. Собираются политики и вместо диалога устраивают предвыборные гонки. Например, почему бы политиков-гостей не спросить о е-декларациях?

Была программа, посвященная е-декларациям. Передача – зеркало общества. Где взять в этом обществе политиков, которые говорили бы о реальных действиях, если само общество выбрало не за дела, а за слова? Хорошие люди вне парламента не влияют на процессы в стране. Поэтому наша модель и предлагает показывать новые лица, которые пойдут в парламент, чтобы воспитать в обществе отношение, что если человек обманул, то в следующий раз его не выберут. Поэтому, невзирая на то, что это вредит рейтингу основной программы, мы поставили программы за десять лет, чтоб показать людям, насколько мы зациклены на одном и том же, чтоб люди включили голову, увидели политиков, которые стояли у микрофона 10 лет назад, посмотрели, что они сделали и сделали выводы. Давайте говорить об этом, давайте включать голову.

Выходит в эфире передачи политик к микрофону и начинает не отчитываться и предлагать, а агитировать либо мочить «визави» и начинается именно шоу. Может стоит дать им по рукам, сказать, что их смотрит вся Украина, чтоб они прекратили?
По рукам политикам дает избиратель на выборах. По рукам дали президенту Кореи, когда она сделала шаг влево советуясь не с тем кем нужно – вышли тысячи людей и отправили в отставку, дали по рукам. У нас ведь не так? Все эти подкупы, чемоданы, связи с Россией – это народ не трогает, они воспринимают такое как шоу. Вот, к примеру, е-декларации – какие мысли появились у вас как у гражданина?
У меня возник вопрос, откуда появились яхты, коллекции вин, наградных значков, миллионы долларов наличкой, церкви у человека, который ни дня официально не работал.

Pavel Elizarov Portrait / Павел Елизаров портрет

Вами манипулируют, ваши мысли направили в другую сторону. А мне другая мысль пришла в голову: о том, что те, кто указал свои реальные доходы – герои, ведь это – явка с повинной учитывая настроение общества и уровень криминала. Но при этом никто не обратил внимания на другой аспект – никто из уполномоченных органов, тот же Насиров, не задавали вопросов, откуда у чиновника 10-ая квартира, притом, что об этом в отличие от количества наличных в сейфе, они и так знали. Это все есть в базах данных, у них доступ есть. В нормальном обществе на следующий день после публикации е-деклараций господин Сытник должен был бы вручить подозрение господину Насирову за неисполнение своих обязанностей и коррупционный сговор. Когда ты понимаешь и покрываешь это – прямая коррупция. Наверняка их всех приглашали на собеседования, они откупались, и это продолжалось годами. Но наше общество стало обсуждать количество шуб и дач, а не кто из чиновников отвечал за такой надзор.

У нас задавался этот вопрос – почему обсудили декларантов, но не обсудили ответственных за надзор чиновников. Почему никого до сих пор не отстранили и не привлекли. А вот если бы отстранили и привлекли, то следующие чиновники, ответственные за надзор, уже бы не договаривались, а контролировали. То же самое с банками – они банкротятся, а никто из тех, кто должен был контролировать, не наказан. Никто не наказан за Иловайск и Дебальцево. И роль медиа в расстановке этих акцентов – ключевая. Чтобы общество не было папуасами, блокирующими машины и считающими шубы. Нам нужно перестать бороться со следствиями и посмотреть на причины.

Часто звонят после пятничных эфиров и жалуются, что вы что-то не так показали?

Регулярно. Звонят одни и говорят, что вы нас замочили, звонят другие и говорят то же самое. Хочется вот так вот положить две трубки напротив – чтоб они послушали друг друга. Нет, ребят, никто никого не мочил, просто дали возможность сказать всем, это называется публичная дискуссия. Это не поругаться ради поругаться, это поругаться, чтобы в чем-то друг друга убедить.

Но люди же разные – кто-то боится, что по голове настучат, кто-то готов выйти и рассказать все как есть. Я думаю, все молодые прогрессивные могут увидеть в Шустере необходимую площадку. Есть часть общества, которое созрело жить по-европейски.

Эта часть, которая созрела жить по-европейски, – уехала из Украины, а остальные остались и готовы жить по законам джунглей. Мы пытаемся показать людям более объёмную картинку. Если у нас изменения в курсе три раза – давайте поймем почему, если у нас люди погибают, давайте поймем, кто виноват, если двигатели к БТР-м закупают в три раза дороже – с этим тоже нужно что-то делать?

Что будет после 1 февраля с каналом?

Мы показываем повторы и ведем переговоры с бизнесом. Я каждый день встречаюсь с людьми, с ассоциациями, они все понимают. Но здесь важно понимание и поддержка многих, ведь если придет один инвестор, даст один миллион, мы его потратим за месяц, никакого эффекта не будет, все только получат негатив. А вот если это будет 50 миллионов, 50 человек, и у нас будет 5 лет, или 100 человек по полмиллиона на пять лет – это не гигантские деньги, то тогда можем разговаривать о том, что есть такая «территория свободы», которая может защищать вас как бизнес, чтоб вас не обвиняли беспочвенно, а вы защищаете нас, как канал, который говорит правду.

Кроме того, что создать контент, его нужно еще и довести до зрителя. Насколько провайдеры готовы размещать такой телеканал бесплатно?

Мы никогда не хотели быть телеканалом, мы всегда работали как продакшн – это то, что мы умеем, понимаем и делаем – пару программ, которые продаем каналам и за эти день содержим трудовой коллектив и здание. Когда нас выбросили с плюсов за пять минут до эфира и не осталось каналов, которые готовы были бы нас взять, нам пришлось вещать как канал. К этому мы конечно же финансово не готовы, те затраты, которые мы понесли – не сопоставимы с жизнью и это было осмысленно. Это не была ошибка в просчете доходности бизес-модели, это шаг отчаяния, это реально борьба за свободу слова. Потому что сегодняшняя власть ничем не отличается от предыдущей, все 25 лет власть держит в руках телевизионный рынок в дотационных условиях. Это им выгодно, потому что когда медиа-рынок дотационный они всегда могут влиять на олигарха через бизнес.

Разве олигархи и власть это не одно и то же?

В данный момент да, одно и то же. Когда-то было иначе: власть была отдельно, но олигархов она порождала. И потихонечку они срослись. Нам сейчас пытаются клеить ярлыки о том, что закончились деньги, финансовая неудача. Но это не так! Это прямое давление на свободу слова. Потому что сначала власть позвонила всем владельцев каналов и сказала «их не брать» и отсюда началось давление на свободу слова. Мы были вынуждены создать свой канал, чтобы донести до людей правду – в единственной дотационной отрасли Украины. Мы погружались и знали, что сможем продержаться на этом кислороде год и год мы пытались оставить в голове у людей хоть что-то, показать им это все, чтобы это потом проросло в качественное общество. Нам не жалко потраченного времени и денег, потому что мы живем в этой стране и хотим, чтобы здесь как-то все двигалось, ведь общество должно созревать, а не жить по принципу собаки Павлова.

Насущный вопрос: кто кому должен платить канал-провайдеру либо провайдер-каналу?

Я думаю, любой здравомыслящий человек согласен с тем, что за контент надо платить. Как владелец канала, конечно же, я хочу, чтобы операторы мне платили за контент, а не извращенная форма наоборот, когда я плачу операторам за распространение сигнала. В этом году я платил порядка 600 тысяч в месяц, чтоб мой сигнал распространяли.

Какой может быть эффект от этого столкновения под Новый год? Когда медиагруппы начинают просить плату за контент, который есть в открытом доступе, а кабельщики не смогут собирать абонплату со зрителей, которые начинают отказываться от услуги, – потому что аналогичный контент есть в открытом доступе. Человек понимает, что лучше один раз купить т2-приемник за 300-400 гривен и больше никогда не платить. Или купить маленькую спутниковую тарелку за 1000грн, благо предложений уйма.

Если говорить языком цифр, повышение абонплаты на 10 грн в месяц, это 120 грн в год переплаты, за эту суму на Т2 и спутник не перейдешь …

В нашем понимании 10 гривен в месяц – это может и не много, как себя поведут люди мы – увидим в январе-феврале. Я думаю, что это промотивирует их переходить на Т2, приведет к монополизации определенных кабельных провайдеров. При этом не понятно, кто владелец сети Т2 «Зеонбуд». Мы все возмущались, еще до Майдана, о том, как были выбраны эти 28 каналов, и с тех пор в прояснении ситуации не продвинулись ни на шаг. А сегодня по моей информации происходят трансформации собственности ЗеонБуда, и народ туда активно загоняют. Потому что каналам нет смысла платить большие деньги, если нет зрителей.

Устраивает ли нас как граждан тот факт, что мы ничего не знаем о крупнейшем цифровом операторе-монополисте? Если со 112-м каналом не понятно кто там собственник, и нам это не нравится, то мы можем выключить кнопку. А Зеонбуду мы как общество говорим, что доверяем завести монопольно сигнал в наши дома и так по всей стране. Разве это нормально?

Какое будущее у канала?

15-20 января будет понятно, если все же найдется 5-10 людей, которые готовы стать точкой катализации, которые готовы поддержать канал, то будущее есть. Если нет, то мы закроемся совсем, прекратим с первого февраля и повторы.

Павел Елизаров и Савик Шустер

Была информация, что пятничные программы будут выходить на ТРК «Киев».

ТРК Киев и так ретранслировал наши программы, как и другие каналы.

То есть, если закроется, то везде?

Ну а как? ТРК «Киев» не в состоянии оплачивать пятницу. А мы будем заниматься общественной деятельностью. У нас есть ГО «Четвертая власть Украины», к сожалению, перейдем из практической помощи в теоретическую.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Понравилось нас читать?

Openbox AS4
Openbox AS4
Openbox AS4
  • altxandr

    Александр Глущенко — Есть часть общества, которое созрело жить по-европейски.
    Павел Елизаров.- Эта часть, которая созрела жить по-европейски, – уехала из Украины, а остальные остались и готовы жить по законам джунглей.
    Я лично поддерживаю Александра и считаю, что людей, которые желают жить и работать по-европейски в Украине много. И их число увеличивается. Но вот «властьдержащие» не позволяют этого делать. Но люди живут надеждой на лучшее.
    А по поводу оформления карточки члена клуба за 100грн — это можно сделать. И многие это сделали бы. Но народ пугает ежемесячный платеж по карточке. И я, как получающий минимальную пенсию, согласен выделить из своего скудного бюджета одноразово 100грн на хорошее дело. Но вот платить каждый месяц — накладно. Да и не озвучено сумма ежемесячного взноса.