ПОДЕЛИТЬСЯ
«Орел и Решка» – один из самых успешных украинских телеформатов. Программа выходит по воскресеньям на «Интере», её смотрят перед путешествием в одну из стран, где побывала съёмочная группа, или вместо него. Mediasat отправился в гости к TeenSpirit Studio, чтобы узнать больше о кухне «Орла и Решки». Рецептами делился Никита Чижов – финансовый директор, а ранее – шеф-редактор проекта.

Oryol_i_reshka_logo

«Орел и Решка» – проект, популярный далеко за пределами Украины. В каких странах, после России и Украины, массово смотрят это трэвел-шоу?

Фактически это вся территория бывшего Советского Союза. Россия, Украина, Казахстан, Прибалтика, Грузия, Азербайджан, Армения и даже Киргизия – везде, где понимают русский язык, смотрят нашу программу.

На протяжении пяти лет в своем сегменте вы берете высокие цифры, независимо ни от ведущих, ни от города. Какие доли и рейтинги проекта в Украине и в России?

По Украине на сегодняшний день у нас средняя доля примерно 10-11%, аудитория – женщины после 40, домохозяйки, поскольку именно такова аудитория телеканала «Интер». В России доля у нас 3,5, аудитория абсолютно другая. Да, это странно. Аудитория примерно 15-35 лет, жители крупных городов. В Украине это более мелкие города, с аудиторией после 40. Это обусловлено той аудиторией телеканалов, на которых проект транслируется. И еще я бы добавил, что есть третья аудитория – в Интернете. Там показатели другие.

Сейчас практически каждый успешный ТВ-проект поддерживается диджитально. Что вы делаете в этом направлении?

В этом году запустили сайт «Кругосветка» – «Орел и Решка» в этом году отправился в кругосветное путешествие. Этому и посвящен сайт – перемещениям съемочной команды, которая в течение года объезжает 40 городов вокруг света. Мы присутствуем в социальных сетях. В Вконтакте у проекта 600 тысяч подписчиков. Facebook менее популярен – 150 тысяч. В соцсетях сейчас пытаемся наладить работу, чтобы эти ресурсы плавно развивались. Но цифровому направлению мы, наверное, еще не уделяем достаточного внимания. В целом сейчас настало время переосмысления контакта с аудиторией, потому что все сильно уходит в сеть и, независимо от способа доставки контента, зрители не прекратят его смотреть. Но, наверное, через 5 лет у нас будут смотреть не на телевизионные рейтинги, а только на сетевые показатели. И к этому нужно готовиться и переосмысливать формат таким образом, чтобы он был востребован в сети и генерировал те же деньги, которые генерирует на телевидении.

Несмотря на известность, съёмочная группа постоянно сталкивается с запретами в разных странах. Чего касаются запреты?

Да, запрещают снимать. В тюрьму, по-моему, попадали только раз в Дели. Полиция решила, что съемочная группа – это шпионы и с помощью коптера снимают военные объекты. Запрет на съемку – любимое занятие во многих странах. Запрещают снимать госорганы, полицейских, частных лиц, кафе, музеи. Но мы чихали на эти запреты, снимаем иногда из-под полы. Это для нас нормальная практика. Если запрещают снимать – остается делать съёмку скрыто. Есть для этого несколько технологий. Можно сделать вид, что ты обычный турист, и ходить друг друга фотографировать. В какой-то степени это спасает, потому что во многих местах есть запрет на профессиональную съемку, а на туристическую нет. А снять скрыто – это когда операторы снимают «с живота», при этом прячутся куда-то. Это обычная история, мы уже психологически к этому привыкли. Больше всего запрещают снимать аэропорты – в целях безопасности. Есть нормальные аэропорты – они не сильно напрягаются, а есть аэропорты, в которых боятся до паранойи. Если ты что-то сфотографируешь, то, дескать, ты дома рассмотришь фотографии и будешь знать, куда заложить бомбу. Ведь любой человек может сфотографировать на телефон – это не проблема! Но когда снимает съемочная группа, то считается, что это террористы. Мы знаем, что там не надо кричать, аккуратненько себе отсняли и уехали.

Запреты – сплошь и рядом. Просто запреты уже давно перестали быть чем-то экстраординарным. Нормально можно снимать примерно в 60-70% локаций, в остальных начинается – «здесь не снимайте», «тут не ходите». В заведениях общественного питания бывает нормально, а бывает, вскакивает какой-то менеджер со словами: «Уйдите отсюда, вы пугаете посетителей!». Все известные заповедники, театры, китайские театры, оперы, футбольные, хоккейные матчи, коррида, даже петушиные бои – там часто крупные студии выкупили права, и поэтому официально снимать нельзя. На нас кричат: «Уберите камеру!». Мы убираем, но потом все равно начинаем снимать. Мы вредные, нарушаем законодательство.

Какие сложности появились в связи с курсом доллара? Прибыль ощутимо уменьшилась?

Тяжелее стало каналам. Мы можем поднимать цену и поднимаем, они ворчат, но тянут. Ситуация выглядит следующим образом: каналы и в России, и в Украине с трудом пережили девальвацию. Шоу снимается за границей, косты заграничные, авиабилеты как стоили в долларах, так и стоят. И мы всю эту стоимость перекладываем на телеканалы. Они плюются и кривятся, но им ничего не остается делать, потому что так сложилось, им приходится нас терпеть. Я им не завидую, потому что мы очень нудные, вредные и все время торгуемся.

Сколько человек работает над проектом и сколько – непосредственно в съемочной группе?

Сложно сказать, потому что часть людей работает только над проектом «Орел и Решка», часть – над «Орел и Решка. Шопинг». Над двумя проектами работают более пятидесяти человек, включая бухгалтерию. До десяти в одном проекте – «Орел и Решка», еще десять – в «Орел и Решка. Шопинг». Постпродакшн около десяти человек в каждом из проектов, бэк-офис около пяти, всякие смежные профессии еще человек пять-семь.

Как выбираете ведущих?                                    

Ведущих выбирает телеканал.

Недосыпание, погода, график – что, в итоге, получается самым сложным испытанием для ведущих?

Ведущие жалуются на свою нелегкую жизнь, но при этом они совершенно правы. Жизнь у них действительно нелегкая. То есть, оно по ТВ смотрится весело: попрыгали-попрыгали и пошли спать. Но выглядит все приблизительно так. Первая локация, например, рассвет, который начинается примерно в 6 утра. До рассвета надо доехать – встать нужно, выезд в 5:30. Если это девушки, то они не могут встать и собраться за 10 минут, они встают за полтора-два часа, то есть, в 4 утра. Назад в город приезжают к 10. В городе стоит адская жара, а им нужно гулять по улицам, наслаждаться. Значит, с 10 до 13 они гуляют по этой адской жаре, это сняли. Потом нужно поехать на какой-то аттракцион, покататься на слонах, с которыми договорились на 14, а ехать туда нужно еще полтора часа. Вот они там без обеда, под палящим солнцем доехали до этих слонов. Слоны, оказывается, не работают. Поехали обратно, вернулись в 17 в город, сюжет не снят. А с 17 там какая-то местная вечерняя достопримечательность, например, ночной рынок в Бангкоке. Вот они ее отработают, потом нужно ехать в отель снимать заселение, потому что оно ночью. В 23 вроде как закончили. Но нет – еще час нужно отработать со спонсорами, это обязательно. Отработали спонсоров в 12 часов ночи – вроде, кажется, все хорошо. Но нет, потому что еще не записали финальную отводку, а 2-я группа задерживается. Значит, 1-я группа сидит и ждет еще час – уже 1.30 ночи. Первая группа освободилась, приехали в 2 часа ночи на финальную отводку, сняли. Едем теперь домой, в отель, в 3 часа ночи доехали в отель. И вроде бы можно поспать. Но нет – потому что завтра перелет, а он начинается в 7 утра. Значит, нужно быть в 5 часов в аэропорту, а выезжать нужно в 4, а сейчас уже 3. И вот они бегом собирают все вещи и едут в аэропорт. Перелетели. Пока чек-ин, пересадка, допустим, часов в 5. Прилетели, в этот же день им нужно начитать. Забрали багаж, сели в машину, нужно ехать в звукозаписывающую студию. Приехать туда, начитать программу. Конечно же, там нет Интернета, не загрузился текст, неоткуда его взять, начинается лихорадочный созвон. И вот они снова оказываются в отеле к 12 часам ночи, а завтра снова в 6 часов утра выезд. Они действительно не высыпаются. Они – ведущие, и должны выглядеть хорошо, все женское «настраивание на хорошо» тянет много времени. На это все никогда нет времени. Мало сна и еда, которая попалась по дороге, – чтобы поесть нормально, надо куда-то поехать. Такой график выматывает, особенно женский организм. Соответственно, не все выдерживают этот ритм. Только в кадре кажется, что это легко.

Ведущие приходят со словами: «Все, больше не могу, ухожу!»?

Они обязательно приходят, но уйти не могут, они связаны контрактами. Понимаю, что это самое интересное, но я не могу это разглашать. Девушки бойцы не только на съемочной площадке. Они еще и бойцы в вопросах контрактов. Они всегда отстаивают свои интересы и вести с ними переговоры не так просто.

Сколько в среднем стоит производство одного выпуска?

Не могу сказать. Это можно посчитать. Прикиньте все расходы на один выпуск – авиабилеты, отели, визы, суточные, аренда авто, сотрудников (вы знаете их количество, и это не самые низкие зарплаты на рынке), расходы в кадре (аренда авто, яхт, автомобилей, прочие расходы), гонорары ведущих, содержание офиса, налогообложение, и выйдете на какую-то цифру. Прибавьте к ней 15% рентабельности, и вы приблизительно получите стоимость одного выпуска. Не думаю, что цифра будет сильно отличаться.

Как создается проект, какие особенности каждого из этапов продакшна?

Препродакшн – это примерно 2-3 месяца. Например, снимаем сезон. 2-3 месяца готовимся – ищем локации, переговоры, встречи, обсуждения, собрание исследований, сценаристов, выслушивание критики режиссеров, продюсеров… Локаций в каждом городе должно быть хотя бы 10-15, а в сезоне серий 20. Вот и выходит, что в трёхстах местах нужно договориться. Съемки 4-5 выпусков длятся 20-25 дней. Потом программа приходит на монтаж, монтаж одного выпуска со всеми техническими завершениями занимает примерно месяц. Неделю пишут постсценарий (хотели снять одно – по сценарию сняли другое). Садится сценарист, переписывает сценарий. Неделю – монтаж. Потом неделю переделывают, еще неделя – технические процессы, покраска, титры, звук, согласование со спонсорами и выгон на каналы. Каждому каналу мы должны отдать программу в нескольких версиях – с разведенным звуком, без звука, со спонсорами, без спонсоров, в разных разрешениях. Всего восемь версий. Потом спонсоры посидят, посмотрят и скажут «нравится – не нравится» – это тоже может длиться очень долго. Пока расставятся все титры, это занимает минимум неделю или даже больше. То есть, постпродакшн это еще около месяца.

Несколько лет назад формат пытались скопировать в Турции. Как вы отреагировали? В суд подавали? Плагиаторов к ответственности привлекли?

В суд не подавали. Их никак не наказали. Но они перестали выходить. Мы увидели, что они начали выходить в эфир, и написали гневные письма о том, что формат принадлежит нам. И через десять выпусков они прекратили эфир. Хотелось бы тешить себя мыслью, что это из-за того, что мы на них накричали, начали шуметь и обратились ко всем FRAPA. Но пока мы изучали судебные перспективы, они перестали выходить. Перестали они выходить не из-за шума, а потому что у них были низкие рейтинги. Когда я посмотрел на это шоу, стало понятно, почему выходили низкие цифры – они просто очень плохо сделали. Некачественно. Я испытывал злорадство. Одно дело посмотреть и попытаться скопировать, но, на самом деле, программа не такая легкая в производстве, как кажется. То есть, там, начиная от визовых вопросов, заканчивая качественной подготовкой локаций, сценарными проработками, есть много подводных камней, есть много проблем, которых не видно на первый взгляд. Есть много шишек, которые мы себе набили, и денег, которые мы потратили, просто не зная чего-то. И потому это все дороже, чем кажется. Кажется, что можно за эти деньги снять, а все оказывается дороже. Думаю, что если бы они пришли к нам «по добру», то мы бы им продали и научили, показали и предостерегли бы от ошибок. Все было бы у них нормально. Но они очень плохо сделали, и видно, что они сталкивались с теми же проблемами. Они просто не знали, как их преодолеть.

Например, типичная проблема – препродакшн. Во-первых, надо открыть всем визы в разные сложные страны. К этим визам подвязаны авиабилеты. И процесс открытия виз может занять два месяца. Если не успеваешь, а сроки поджимают, и не знаешь, что именно нужно делать для открытия этих виз и как именно это сделать, чтобы было быстрее, то начинаешь выбирать только те страны, в которые легко полететь без визы. Как правило, это бедные страны, Азия, Камбоджа, где виза открывается по прилету. Соответственно, как только не успеваешь нормально подготовить разнообразие, ты вынужден находиться только в одном регионе. Все начинает быть однообразным. Мы наработали технологию открытия виз – знаем, как за несколько недель открыть визы и даже экономить на этом.

Во-вторых, это договоренности о съемках. Есть определенная технология, она нарабатывается с опытом работы. Наши продюсеры знают, кому, что и как говорить. То есть, Ватикану сегодня безразличны все орлы и решки в мире, им просто это не надо. Процесс переговоров с крупными достопримечательностями, особенно в Европе, может тянуться месяцами. А если ты не знаешь, куда ты летишь, ты уже начал готовить одну схему, начал вести переговоры, теперь с визой не успели, давайте в другую страну, начинаем срочно переписывать сценарий. А это все бюджеты. Еще важный момент – снимать нужно из-под полы. У нас даже технология такая есть для съемки. Прямо алгоритм, как снимать, чтоб не привлекать внимание. Чисто подготовительно-организационный период у нас уже налажен, у нас на три месяца вперед распланировано, что и как нужно делать. Судя по их материалу, неудачи у них были сплошь и рядом.

В-третьих, им нужно было лучше подготовиться по постпродашну. Потому что когда ты снимаешь реалити, часто что-то не получается – что-то вышло хуже, что-то лучше, что-то вообще не снято. Поэтому нужно очень сильно укреплять пост, чтобы он мог выкручивать из этого хороший материал. А сильный пост не так легко сделать. А там все сделано «на коленке». Там видно, что сели два режиссера монтажа и быстренько все слепили. Видно, что дешевый постпродакшн. А надо внимательно, думать, как вытягивать, с какой стороны показывать. В такой передаче пост должен быть не менее сильным, чем вся съемочная группа. Это очень важно.

Что совершенно точно – выпуск у них получился очень поверхностным. Там видно, что снимали первое, что попалось, и монтировали точно так же. А для того, чтобы так не было, нужно две вещи – непростые по организации и по структурированию: это качественная подготовка (несколько месяцев) и качественный пост над каждым кадром, как над дитем малым.

По словам Нателлы Крапивиной, Teen Spirit Studio готовится к съемкам фильма. Как обстоят дела в этом направлении?

Дела находятся на этапе написания сценария. На этом этапе сценаристы и инвесторы договариваются о цене сценарной заявки. Сейчас мы читаем разные сценарные заявки, и они нам не нравятся. Как только у нас эта сценарная заявка появится, мы напишем сценарий, и, надеюсь, приступим к съемкам.

Вы смотрите ТВ-продукты, которые создают ваши коллеги? Есть ли некий образец качества среди проектов?

Не было такого. Я так напряженно работал три года, что просто не было времени смотреть по сторонам. Я, наверное, даже где-то отстал от жизни. По-хорошему, нужно отсматривать, что делают коллеги, это очень важно. Куда движется рынок, настроение. Но эти три года просто некогда было. Это же надо время – сесть, посмотреть. Так что, наверное, нет.

Проект и его команда получили награды за высшие достижения в области телевизионных искусств и в Украине, и в России. Расскажите об этих волнительных моментах.

Конечно, было очень приятно. Мы долго ждали – это и о рядовых сотрудниках, которые ручками на протяжении пяти лет делали проект. Мы ждали, мы хотели, и нам было обидно, когда проигрывали. Это я имею в виду украинскую часть. Поэтому «ТЭФИ» для нас было действительно неожиданной победой, потому что мы туда не подавались – это сделал канал «Пятница». И, соответственно, для нас это было сюрпризом. Но это тоже очень круто! Получить «ТЭФИ» – это очень высокая оценка. По поводу «Телетриумфа» – да, мы, конечно, прыгали от радости до потолка и вообще были очень довольны – наконец-то за пять лет признали наши заслуги!

На мой субъективный взгляд, вне зависимости от того, за что мы получили все премии, это командный результат. То есть, там очень сложно разобрать, кто в каком выпуске был режиссером, так же и с операторами, сценаристами. Есть десять-двенадцать человек, которые с полным правом могут назвать себя отцами-основателями. И я считаю, что эти все награды в равной степени принадлежат всем. Мы получили награду конкретно за тот выпуск, который подали, и он очень хороший, и авторы его стояли на сцене совершенно заслуженно. Но я подумал, что нам не конкретно за эти выпуски, а просто в сумме дали награду. Мы получили награду в трех номинациях: «Лучшая авторская работа», «Лучшая развлекательная программа» и «Лучшая режиссерская работа». Женя получил, Шевчишин-младший, хотя старший тоже внес как минимум равноценный вклад в эту передачу. Это награды всему коллективу. Тут не разберешься, где режиссерская часть, а где сценаристская, где сильно подмонтировал. Все переплетено.

Итак, престижные награды, любовь зрителей, рейтинги – все это уже есть. Какие еще цели?

Наша глобальная цель – стимулировать людей путешествовать. Мы стараемся увлекать, давать полезные советы и рассказывать, как поехать в любой город мира и провести там выходные. Любой человек в этой стране, напрягшись, может заработать две тысячи долларов за год, поехать в какую-нибудь страну и изучить ее. Например, на Шри-Ланку. Заплатить 500 долларов за перелет, и на остальные 1500 гулять по стране. Это будут простые отели, порой хостелы. Но это – самое интересное! Самая «вкусная» жизнь – когда у тебя мало денег. Все самые дорогие отели класса люкс имеют сходство до степени смешения.

Путешествуя в стиле «лакшери», порой сложно отличить одну страну от другой. Нет ни одного города на планете, где невозможно прожить на 100 долларов! Есть места, например, страны Скандинавии, где 100 долларов – это койка в хостеле, но взяв с собой еду и палатку, можно жить на кемпинге и посмотреть основные достопримечательности, объехав город на общественном транспорте. Мы показываем и доказываем – путешествовать может каждый!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Понравилось нас читать?

ПОДЕЛИТЬСЯ
Ольга Дидок
Образование: юрист и киновед. Опыт – более восьми лет в медиа в качестве корреспондента (региональные и всеукраинские СМИ), пресс-секретаря, PR-менеджера украинских и зарубежных компаний. С 2014 года занимаюсь связями с общественностью в отрасли ТВ – ранее общенационального телеканала, а позже и группы телеканалов познавательно-развлекательного жанра вещательной компании №1 в мире в области платного ТВ.