Домой Статьи Интер и Кобзон: как адекватно регулировать нерегулируемое

Интер и Кобзон: как адекватно регулировать нерегулируемое

ПОДЕЛИТЬСЯ

Как известно, в четверг 15 января Национальный совет по телевидению и радиовещанию вынес решение в связи с нашумевшими новогодними трансляциями на Интере и других ведущих телеканалах страны. Накануне этот вопрос обсуждался Общественным советом, членом которого я имею честь быть. Это обсуждение показало, насколько тяжело абстрагироваться от частностей и говорить о системных решениях.  Полагаю ненужным объяснять, что скандал вокруг Интера всего лишь одно из проявлений намного более широкой проблемы.

На сегодняшний день ни Национальный совет, ни органы власти в целом не имеют адекватного последовательного непротиворечивого взгляда на данный предмет. Между тем в ближайшее время нас с высокой долей вероятности ожидает множество подобных конфликтов.

Во-первых, грядёт уже анонсированные первыми лицами страны «десоветизация» и «декоммунизация». Едва ли ошибусь предположив, что вместо рационального обсуждения и поиска путей расставания с прошлым мы получим бесконечное переписывание истории и введение неочевидных ограничений в культурной сфере. Как сформулировал много лет назад с присущей ему выразительностью один выдающийся национал-ориентированный мыслитель современности, пришло время убить в себе Чебурашку. Да что там совковый ушастый уродец, даже Юрия Гагарина придётся забыть.

Во-вторых, по мере углубления всеобъемлющего (военного, политического, экономического и т.п.) кризиса поиски мерзавцев, выпивших всю воду из нашего общего крана (укравших у нас Майдан, Крым, Великую Победу, бюджет — желаемое подчеркнуть) достигнут эпических масштабов. И стар и млад, и мужеск, и женск пол будут с пеной у рта требовать от властей, начиная от Нацсовета по ТВ и радио и заканчивая Президентом и СНБО немедленно, прямо сейчас «урегулировать» противный им контент. Под урегулированием будет пониматься, даже не сомневайтесь, запреты, отмена, снятие с эфира и лишение лицензий.

Руководствоваться вся эта публика будет пролетарским…простите, «державницьким» чутьем, революционной целесообразностью и своим  безупречным (а то!) вкусом.

Для меня очевидно, что удовлетворить все вкусы и пристрастия в принципе невозможно. Единственный шанс для страны не превратить и эту сферу своей жизни в обычный для нас неприглядный балаган предполагает ясную, последовательную систему взглядов на ситуацию, сложившуюся в сфере распространения телевизионного контента.

Внимательно изучив отзывы известных экспертов я нашёл лишь отдельные фрагменты такой системы.

http://osvita.mediasapiens.ua/authors_view/inter_kak_zerkalo_gibridnogo_mediaprostranstva_ukrainy/

http://www.blogs.telekritika.ua/?id=3780

http://protv.ua/news/tv/nter_ma_stati_susplnim_telekanalom

Как член Общественного совета при Нацсовете по телевидению и радиовещанию считаю необходимым изложить свою позицию.

Телеканал Интер, украинские медиагруппы в целом не являются бизнесом в общепринятом смысле этого слова. Доходы от коммерческой деятельности покрывают всего лишь половину их расходов. Это планово убыточная деятельность, не имеющая целью получение прибыли. Обсуждать проблемы украинского телевидения в контексте рыночной экономики бессмысленно и контрпродуктивно. Украинские телеканалы были созданы и продолжают существовать как инструмент влияния своих собственников на государство и общество. Доходы от коммерческой деятельности являются для собственников всего лишь способом минимизировать свои расходы.

Украинские телеканалы не обслуживают, не представляют и не отражают интересы украинского общества. Они не воспитывают, не образовывают и даже не информируют граждан страны надлежащим образом. Во-первых потому что у них нет таких задач. Во-вторых, потому что интересы их собственников прямо противоречат фундаментальным интересам общества. Украинское общество, мы все вместе взятые заинтересованы в уничтожение олигархической модели государства. Собственники телеканалов заинтересованы в его сохранении. Принадлежащие им телеканалы являются инструментом их борьбы за сохранение статус-кво.

Находясь в ситуации перманентного конфликта интересов своих акционеров и общества украинские медиагруппы последовательно принимают решения, которые обеспечивают им наибольший рейтинг и связанные с этим доходы, даже если это идёт во вред аудитории. Примером является редакционная политика в части новостного вещания. В силу особенностей человеческой психики негативно окрашенные, тревожные новости привлекают больше внимания, нежели позитивные. Больше внимания аудитории — выше рейтинги, выше рейтинги — больше рекламные поступления. В результате украинские медиагруппы много лет подряд попросту невротизируют украинское общество, преследуя корыстные интересы своих собственников. Кровища, расчленёнка и прочие «жахЫ», надрывные интонации и вечно  взволнованные физиономии дикторов стали визитной карточкой крупнейших служб новостного вещания задолго до трагических событий прошлого года. Обратная ситуация имеет в случае детского, образовательного, культурного и другого контента, не имеющего существенных коммерческих перспектив. Медиагруппы по мере возможностей избегают выполнения даже своих лицензионных обязательств, связанных с вещанием контента такого рода.

Существующая ситуация прямо связана с недостаточными объемами рекламного рынка. Экономика Украины попросту неспособна обеспечить существования такого количества телеканалов как полноценных  коммерческих проектов. Исправление существующей ситуации невозможно без радикального уменьшения количества общенациональных телеканалов.

В обозримой перспективе единственной формой организации телевизионного вещания, адекватной интересам общества, представляется общественное вещание. Некоммерческое, пребывающее под контролем институтов гражданского общества и законодательной власти, целиком дотационное и существующее на целевые налоги и отчисления.

Обвинения в адрес телеканалов в связи с так называемым антиукраинским контентом де-юре являются цензурой. За редким исключением речь идёт не просто о попытках цензуры, но о цензуре, основанной на личных предпочтениях и вкусах. Между тем действующее законодательство направлено на защиту плюрализма  ценностей и мнений, прямо запрещает дискриминацию взглядов, не подпадающих под нормы УК. В целом действующее законодательство не оставляет шансов для реализации подобных претензий в правовой плоскости.

Ситуация военного конфликта, в которой де-факто находятся украинские государство и общество вынуждает их искать обходные пути для защиты своих интересов. Поскольку органы власти отказываются признавать сам факт военного конфликта, оказалась заблокирована возможность задействовать предусмотренные на этот случай механизмы правового регулирования. Отказавшись от правовых механизмов, власти не оставляют себе другого пути, кроме применения механизмов неправовых.

Традиция использования неправовых механизмов регулирования телевещания, как и любых других сфер жизни, насчитывает в нашей стране много лет. Необходимо отдавать себе отчёт, что адресованные государству требования найти способ решить задачу, прямо запрещенную действующим законодательством, означают призывы действовать неправовыми методами. Это, в свою очередь, означает необходимость поддерживать в работоспособном состоянии соответствующие неправовые механизмы. Очевидно, что ни о каком контроле со стороны общества в таком случае не может быть и речи. Такого рода механизмы априори прибывают вне системы права и замыкаются на первых лиц страны, что создает хорошо и давно известные всем риски.

Любая сколько-нибудь сложная деятельность требует своего нормирования, т.е. установление рамок и критериев для различения правильного и неправильного, должного и запретного. Такое нормирование может осуществляться либо инструментами права, либо посредством официальной идеологии. На сегодняшний день в Украине нет идеологии, которую можно было бы считать общепринятой. Как результат, любые призывы к саморегуляции, чувству совести и ответственности менеджмента телеканалов лишены практического содержания. Это всего лишь попытка уйти от необходимости сформулировать внятно что можно, чего нельзя, и почему именно.

Единственный адекватный в нынешних обстоятельствах способ регламентировать деятельность телеканалов предполагает наличие нормативно-правовой базы. В ситуации, когда органы власти прямо отказываются применить предусмотренные законом нормы военного времени, единственным вариантом остается срочная разработка неких законодательны заплаток. Ввиду категорического нежелание исполнительной власти признавать сам факт военного конфликта необходимо использовать максимально нейтральную терминологию. Например, говорить об «особом периоде».

Ключевыми элементами архитектуры такого регулирования должны быть: а) ограниченность во времени такого режима. В момент его введения необходимо указывать конкретный, причём непродолжительный срок, а не условия для прекращения; б) необходимость пролонгации любых санкций. Иными словами, подобные решения вводятся на относительно небольшой срок, не более полугода и требуют для своего продления отдельных решений. В случае, если действие санкций не продлено, они автоматически отменяются; в)  минимизация критериев правомерности для принятия решений. Поскольку речь идёт о механизмах ручного управления в неких чрезвычайных условиях, попытки должным образом выписать все нюансы обречены на неудачу; г) субъектами принятия решений должны быть органы власти, специально  созданные для решения задач в особых условиях, СНБО в первую очередь.

Степень комфортности той среды, в которой действуют медиагруппы, не является сама по себе предметом общественного интереса. В частности, этот вопрос не должен рассматриваться как критерий оценки решений, способных привести к сокращению ресурсной базы медиагрупп, таких как запрет рекламы лекарственных препаратов. Если медиа-группы будут меньше получать от своей коммерческой деятельности, их собственники увеличат свои дотации, только и всего.

Не является проблемой и неизбежное уменьшение количества игроков в этой сфере. Чем меньше их останется, тем более здоровой будет сама среда. В идеале должно наступить равновесие между поступлениями от рекламы и расходами на эту деятельность. Чем раньше это произойдёт, тем лучше.

Ключевой проблемой является патологическое пристрастие самых разных слоёв украинского общества к ручному управлению в отсутствие публично озвученных, чётких, прозрачных и непротиворечивых критериев оценки и принятия решений. Если органы власти считают необходимым кого-то или что-то запретить в связи с военными действиями, они обязаны обосновать, почему именно это, почему только это и для чего именно.

Украина имеет выбор как отвечать на вызовы времени. Или это будет способ, принятый в европейском обществе: опора на ценности, примат интересов общества, последовательная регламентация и адекватное правоприменение. Или это будет путь византийской деспотии: ложь и лицемерие, кулуарный непрозрачный характер всех процессов, доминирование частных интересов и вкусов.

P.S. Прекрасной иллюстрацией к вопросу о формах регулирования является репортаж о заседании Нацсовета, на котором обсуждалась история с новогодними трансляциями. Пафос инвектив в адрес бессовестных телеканалов, которые-де не уважают чувства своей аудитории и показывают кого ни попадя, как по мне полностью обесценивает один-единственный до невозможности яркий факт. На сегодняшний день СБУ ОТКАЗЫВАЕТСЯ предоставить Нацсовету список персон нон-грата. В отсутствие доступа к этой информации, причём именно официальной, проверенной и подтверждённой пресловутыми компетентными органами призывы и угрозы в адрес телеканалов во много являются лицемерием.

http://www.telekritika.ua/rinok/2015-01-19/102674

Меня бесит эта монументальная фигура умолчания, которая возникает всякий раз, когда нужно внятно сформулировать, что именно телеканалы должны делать, а чего не должны. Вместо ясного, чёткого ответа на этот базовый вопрос имеют место разговоры «вообще»: про совесть, про ответственность, про «не доводите дело до греха, сделайте всё сами». У меня есть сильнейшее впечатление, что никто не решается первым вслух произнести эти самые конкретные требования. Отсюда, в частности, неожиданная и для меня вера в саморегулирование индустрии. Какая, простите, может быть саморегуляция, если так и не заданы рамки, цели и критерии? Или от медиагрупп ожидают, что они на всякий случай сами закрутят гайки до предела? Если так, то это, ещё раз, лицемерная и трусливая позиция. Задавать рамки, цели и критерии должно государство в лице исполнительной и законодательной власти. В условиях военного времени — высшие органы власти, которые сосредоточили у себя максимум полномочий.

Как обычно источником лицемерия и лжи являются высшие органы власти. Секретарь СНБО Турчинов, будь он мужчиной и достойным человеком, сказал бы примерно так: «В связи с тем-то и тем-то я считаю необходимым сделать с телеканалом Интер то-то. К сожалению, в связи с известными всем обстоятельствами у власти нет возможности воспользоваться нормами Закона о военном положении. Поэтому всю ответственность за данные решения я беру на себя». Вместо этого он требует от Нацсовета «рассмотреть» вопрос о лишении телеканал лицензии. По нашим украинским понятиям у Нацсовета нет выбора, кроме как более или менее жёсткими, но одинаково неправомерными поступками. Турчинов попросту подставил зависимых от него людей. Если всплывёт, что члены Нацсовета превысили свои полномочия и не имели достаточных оснований для принятых ими решений, их сделают крайнии. Зачем, мол, нарушали Закон? Ата-та!!!

Я за то, чтобы не врать, во-первых, и быть как можно более эффективными в любых своих действиях, даже ошибочных, во-вторых.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Понравилось нас читать?

ПОДЕЛИТЬСЯ
Роман Химич
Известен в качестве консультанта телекоммуникационных компаний, эксперта рынка телекоммуникаций, инициатора и участника различных общественных инициатив. Автор множества публикаций и докладов. Автор блога о телекоммуникационном рынке Totaltelecom